Книга Развод в прямом эфире. Бывший, выключите камеры, страница 73 – Виолетта Весна

В шесть временный доступ Даниила отключили. Он прислал в общий чат: «Архив передан, отчет дополнен, учетная запись закрыта». Лариса подтвердила. Я закончила правки к следующему обычному выпуску и убрала служебный ноутбук в шкаф.

Даниил ждал внизу без камеры и рабочей сумки.

— Поужинаем? — спросил он.

— Сегодня у меня дома.

— Это приглашение на ужин или разговор?

— И то и другое. Сначала продукты.

Мы зашли в магазин у моего дома. Он не выбирал вещи для квартиры и не вспоминал, где что стояло в браке. Купил рыбу, овощи и хлеб. Я оплатила продукты, он предложил перевести половину, но я отказалась: ужин был моим приглашением, не общим бюджетом.

В квартире Даниил остановился в прихожей. Кладовка действительно стала местом для пылесоса, его старого верстака не было. Он снял куртку и спросил, куда положить телефон.

— На полку. Рабочие разговоры до завтра.

Мы приготовили ужин. Разговор начали после того, как убрали посуду со стола.

— Я не хочу возвращаться в прежний брак, — сказал Даниил. — Не потому, что не хочу быть с тобой. Потому что прежние правила нас разрушили.

— Согласна.

— Предлагаю начать встречаться. Без общего жилья сейчас. Через несколько месяцев обсудить, хотим ли жить вместе. Не сообщать каналу и не делать совместные интервью.

— Сколько месяцев?

— Не знаю. Это не срок договора. Когда у каждого будет достаточно обычных дней, а не только расследование.

— Хороший ответ.

— Твой?

— Хочу быть с тобой. И не хочу скрывать отношения как стыдный факт. Но публично подтверждать их не обязана. Маме скажем то, что считаем нужным. Команде — только если появится новый рабочий конфликт.

— Согласен.

— Рабочие решения обсуждаем до действия, если они влияют на другого. Закрытые источники друг друга дома не пересказываем.

— Два рабочих стола, если дойдем до общей квартиры.

— Не в спальне.

Он улыбнулся.

— Значит, да?

— Да. Мы начинаем новые отношения.

Даниил не доставал кольцо и не обещал больше никогда не ошибаться. Он пересел ближе и спросил, можно ли остаться. Я согласилась. Наутро мы оба должны были работать, но сейчас договор закончился, камеры были выключены, а решение принадлежало только нам.

В субботу мы не поехали смотреть квартиры и не объявили общий статус в сети. Даниил вернулся к себе за одеждой, потом мы встретились в парке. Обсудили следующую неделю: мой эфир, его корпоративная съемка, мамин бассейн и один свободный вечер. Обычный календарь оказался полезнее романтического обещания быть рядом всегда.

— Ты боишься, что мы снова начнем работать вместе? — спросила я.

— Будем пересекаться. Москва и телевидение маленькие. Но я не возьму договор, где ты единственная принимающая сторона.

— А я не буду считать отказ от общего проекта проверкой любви.

Каждый записал эти правила в свой календарь как напоминание. Бумаге мы доверяли не больше, чем словам; просто память легко оставляла удобную часть.

В воскресенье мама пришла на обед. Даниил открыл дверь, я стояла на кухне. Она посмотрела на его обувь в прихожей и передала ему контейнер с пирогом.

— Если это пресс-конференция, я не готовилась, — сказала она.

— Это обед, — ответила я.

— Тогда вопросов будет меньше.

За столом мы рассказали: снова встречаемся, вместе пока не живем, работу в отношения не включаем. Мама не спросила о свадьбе.