Книга Пышка-ассистентка, которую он потерял, страница 12 – Виолетта Весна

Банк.

Подрядчики.

И его отец.

Последнего в календаре не было, конечно. Виктор Аркадьевич Волков никогда не просил вписать себя в расписание сына. Он просто звонил в самый неудобный момент, говорил: “Соедини”, и весь офис на несколько секунд замирал, потому что даже через приемную было понятно: сейчас у Демьяна испортится лицо.

Я сидела за своим столом, проверяла утренние подтверждения и смотрела на экран так внимательно, будто могла взглядом заставить людей стать разумнее.

Не могла.

В восемь ноль три “Альта-Банк” прислал новую редакцию гарантийного письма.

В восемь семь подрядчик по “Северным кварталам” запросил перенос подписания акта.

В восемь двенадцать водитель Демьяна написал, что машина въехала на парковку.

В восемь тринадцать мне позвонил человек, которого я не хотела слышать до конца этой недели.

— Мила Сергеевна, доброе утро, — сказал Кирилл Грановский мягким голосом.

От его “доброе утро” хотелось закрыть ноутбук и уехать жить в глухую деревню без финансовых директоров, архивов и мужчин, которые улыбаются так, будто заранее знают, где ты ошибешься.

— Доброе утро, Кирилл Павлович.

— Демьян Александрович уже приехал?

— Поднимается.

— Прекрасно. Передайте ему, пожалуйста, что я хотел бы обсудить банковскую редакцию до встречи с подрядчиками.

Я посмотрела на календарь.

— У вас с ним встреча в десять сорок.

— Боюсь, вопрос срочный.

“Боюсь” у Кирилла всегда звучало так, будто бояться должен кто-то другой.

— Отправьте мне материалы. Я внесу в повестку.

Пауза.

Не длинная. Но я ее услышала.

— Материалы финансового блока не всегда предназначены для ассистентов, — сказал он.

Я открыла утреннее письмо банка и пробежала глазами новую редакцию. Изменения были не просто техническими. Срок уведомления сдвинули так, что “Волков Групп” могла потерять возможность вовремя заблокировать аванс при нарушении условий подрядчиком.

— Тогда отправьте Демьяну Александровичу напрямую, — сказала я. — Но без материалов я не смогу корректно перестроить его утро.

— Может быть, не стоит его перестраивать?

Я подняла глаза на закрытую дверь лифтового холла.

— Его утро уже перестроил банк.

Кирилл тихо рассмеялся.

— Вы очень стараетесь держать все в руках.

— Это моя работа.

— Иногда работа заканчивается там, где начинаются чужие полномочия.

— Тогда хорошо, что я умею читать границы.

— Умеете?

Двери лифта открылись.

Демьян Волков вышел в приемную с телефоном в руке и без выражения на лице. Темный костюм, белая рубашка, серый галстук. Ни одной лишней детали. Рядом с ним шел Роман, младший брат, с бумажным стаканом кофе и видом человека, который зашел в офис не работать, а посмотреть, кто сегодня первый взорвется.

— Кирилл Павлович, — сказала я в трубку, не отрывая взгляда от Демьяна. — Демьян Александрович приехал. Если вопрос срочный, присылайте письмо с пометкой “банк”. Я включу его в первую папку.

— Мила Сергеевна...

— Хорошего дня.

Я отключила звонок.

Роман присвистнул.

— Так с утра? Сурово.

— Доброе утро, Роман Александрович.

— После такого — точно доброе.

Демьян остановился у моего стола.

— Кто звонил?

— Кирилл Павлович. Хочет обсудить новую редакцию гарантийного письма до подрядчиков.

— Новую?

Я развернула к нему планшет.

— Банк прислал в восемь ноль три. Изменили срок уведомления по пункту четыре. Если принять эту редакцию, мы не успеем заблокировать аванс при срыве графика. Я уже подняла вчерашнюю версию и сделала сравнение.