Книга Развод в 43. Отель для бывших жен, страница 28 – Виолетта Весна

— Почему?

— Хотел дать сторонам решение, которое они уже выбрали. Это удобно для консультанта и бесполезно для людей, которые потом платят цену.

Он не просил меня сказать, что вина была не его. Формально решение принимали собственники, рабочие места сокращал покупатель. Максим говорил о своей части: о фразе в отчете, которую мог написать точнее.

— Поэтому теперь вы портите хорошие новости заранее, — сказала я.

— Теперь я стараюсь не улучшать чужое решение словами.

— Получается не всегда.

— Если заметите, укажите в замечаниях.

Разговор закончился без личного обещания. Максим отключился, а я сохранила документ в папку банка и отправила юристу. Временное перемирие состояло из сроков, обязанностей и права возражать. Для начала этого хватало.

Наутро отель напомнил, что расследование не отменяет заезды. Семейная пара выехала в восемь, два номера требовали ранней уборки, на сайте появились три вопроса о парковке. Светлана провела смену без моего участия и принесла на подпись только расход сверх лимита: поставщик поднял цену на белье.

Я сравнила два предложения и выбрала более дорогого поставщика с доставкой за два дня. Дешевый просил полную предоплату и обещал привезти через неделю, когда часть броней уже начиналась. Дополнительные девять тысяч рублей позволяли соблюсти даты.

Надежда тем временем собрала четыре предварительных заявки на карьерную встречу. Марина подготовила отдельную страницу: имя специалиста, программа, стоимость участия, аренда зала и правила возврата. Слово «исцеление» в тексте не появилось. Участницы могли приехать на два часа или отдельно забронировать номер по обычному тарифу.

— Можно назвать встречу «После развода: новая работа»? — спросила Марина.

— Если Надежда согласна и программа действительно для этой аудитории.

— А отель тогда будет для разведенных?

— Отель остается для всех гостей. Один продукт не меняет весь объект.

Я отправила страницу Надежде на согласование и вернулась к отзыву сертификата. Удостоверяющий центр подтвердил прекращение его действия. Новый ключ стоил восемнадцать тысяч рублей, еще требовалось обновить доступ в системе документооборота. Расход провели по компании: это была безопасность ее текущей работы, а не моя личная защита.

На следующее утро Екатерина передала опись. Технический специалист сопоставил названную ею служебную систему с реквизитами актов. Заявки на выдачу токена могли содержать имя пользователя, время и номер рабочего компьютера. Корпоративный администратор группы на наш запрос не ответил, зато владелец сервиса подтвердил сохранность резервного журнала и готовность выгрузить данные после проверки полномочий ООО.

Мы сформировали узкий запрос только по шести датам и моему сертификату. Если журнал сохранился, он не объяснит, кто придумал договор. Зато покажет, откуда запускали операции и кто запросил доступ к ключу.

Владелец сервиса оценил подготовку выгрузки в пять рабочих дней. Корпоративной группе направили уведомление о сохранении данных и запрете удалять учетные записи до завершения спора. Ответа от финансового директора не было, но теперь молчание не останавливало техническую процедуру.

В списке запрашиваемых полей стояли дата, учетная запись, адрес подключения и идентификатор рабочего компьютера. Через несколько дней у ночных подписей должно было появиться точное место.