Книга Развод в 45. Прямой эфир окончен, страница 108 – Виолетта Весна

— Заголовки не делают нас партнёрами.

Он посмотрел в открытую дверь, за которой Инга отвечала на сообщение.

— Ты готова закрыть двадцать три года из-за одной ошибки в эфире?

— Я подписала развод не из-за одной ошибки. И сейчас не собираюсь перечислять тебе остальные, чтобы ты мог предложить их как темы выпусков.

— То есть личного разговора уже не будет?

— Этот был личным. Ответ ты получил.

Я вышла первой. Сергей не пошёл следом и не попытался продолжить у лифта.

В такси статистика показывала тридцать четыре тысячи сто десять. До срока оставалось пять часов сорок минут. Ролик с вопросом из зала давал переходы, но большая часть новых зрителей смотрела запись с начала, а не закрывала после нужной секунды. Удержание оставалось сорок пять и три.

Дома я положила нотариальный экземпляр в закрытый ящик письменного стола. Квитанцию Росреестра и платёжное поручение сохранила отдельно. Потом выключила уведомления до шести пятидесяти. Если цифра остановится на тридцати четырёх девятистах девяноста девяти, дополнительное обновление страницы не превратит её в договор.

В 18:55 я открыла аналитический кабинет. Жанна, Андрей и Маргарита подключились по видеосвязи. Никто не предлагал считать порог раньше.

В 19:00 счётчик показал тридцать шесть тысяч триста восемьдесят действительных просмотров за первые сутки. Удержание на десятой минуте — сорок пять и две. Маргарита выгрузила отчёт платформы с отметкой периода и отдельно — статистику интеграции: четыреста двенадцать переходов к учебному модулю, девяносто шесть завершённых заявок на консультацию. Это были заявки, а не продажи курса и не трудоустройство.

— Оба условия выполнены, — сказала она. — По приложению мы начинаем переговоры в течение двух рабочих дней. Предлагаю завтра в одиннадцать. Проекта договора пока нет, есть коммерческие параметры.

— Пришлите сегодня, — ответила Жанна. — Утром проверим цифры до разговора.

— Пришлю в течение часа.

Андрей спросил срок платформенной проверки недействительного трафика.

— Этот отчёт уже после первичной фильтрации, — сказала Маргарита. — Окончательная корректировка возможна по общим правилам площадки, но договорный показатель считается по этой выгрузке. Мы это заранее записали.

Я услышала цифру и не почувствовала себя человеком с готовым вторым сезоном. У меня появилось право войти в переговорную, где «нет» снова могло стоить денег.

В половине девятого пришла Дарья с рюкзаком, двумя пакетами и настольной лампой. Я открыла дверь и отступила, чтобы она сама внесла вещи.

— До конца экзаменов, — сказала она. — Дальше не знаю.

— Хорошо.

— Моя комната остаётся моей. Без съёмок, фонов для созвона и обсуждений, как её оформить для проекта.

— Да.

— И я не хочу разбирать вчерашние эфиры.

— Не будем.

Она поставила лампу на пол в прихожей.

— Ты всегда так быстро теперь соглашаешься?

— Не всегда. Сейчас вопрос понятный.

Дарья посмотрела на закрытый ящик письменного стола.

— Квартира уже твоя?

— Соглашение подписано. Документы ушли на регистрацию, результата ещё нет.

— Папа согласился?

— Да.

— Тогда я разложу вещи.

Она унесла пакеты в комнату и закрыла дверь не до конца. Я не пошла следом помогать без просьбы.

Коммерческие параметры второго сезона пришли в 21:12. Шесть выпусков с января по июнь, три миллиона шестьсот тысяч рублей и право спонсора использовать «согласованные фрагменты» без количества и длительности. Я переслала документ Инге, Жанне и Андрею, затем выключила рабочий экран. Дарья вышла на кухню через двадцать минут и спросила, осталась ли паста.