Книга Развод в 45. Его свадьба — моя работа, страница 21 – Виолетта Весна

К пяти часам Алина принесла сообщение от Виктора: он просил оставить ссылку ещё на неделю, потому что монтажная команда якобы должна «увидеть концепцию целиком».

— Монтажной команде нужен утверждённый план и техническое задание, — сказала я. — Видеозапись переговоров им не требуется.

— Отказать?

— Попросите назвать конкретных сотрудников и причину доступа. Если причина рабочая, дадим нужный фрагмент или документ.

Через двадцать минут Виктор ответил, что вопрос снят. Это мог быть обычный способ сэкономить время: отправить людям запись вместо нормального задания. После намёка Игоря мне было важно не превращать тревогу в обвинение. Я сохранила переписку и вернулась к банкету.

Вечером он зашёл ко мне с техническим листом.

— Четыре точки подходят, — сообщил Дмитрий. — Нужен осмотр крепежа при доставке и контроль монтажа. Это будет в итоговом плане.

— Хорошо.

Он не уходил.

— Вы хотите обсудить слова Игоря?

— Нет.

— Тогда что?

Дмитрий сел напротив, хотя я не предлагала, и положил технический лист на край стола.

— Я хочу понять, почему вы попросили считать недействительными любые его устные указания. Для технической части этого достаточно. Но если риск шире, мне нужен контекст.

— Вы спрашиваете как технический директор?

— Да.

— Только поэтому?

Он подумал.

— Нет. Но отвечайте только на рабочую часть.

Я закрыла таблицу на экране. За окном по реке шёл грузовой теплоход; его двигатель было слышно даже через стекло. Я могла ограничиться парковкой и публикацией. Этого хватало для процедуры. Но Дмитрий уже дважды связывал свою подпись с решениями, которые Игорь пытался объявить моими личными капризами. Он имел право знать, какое давление может последовать.

— Игорь считает, что я могу рассказать Кире реальную хронологию их отношений, — сказала я. — По его версии, наш брак закончился задолго до их знакомства. По фактам мы жили вместе ещё четыре месяца после начала их связи. Я не собираюсь обсуждать это с Кирой без её вопроса, но он мне не верит.

— Он просил вас молчать?

— Просил уйти с проекта. На парковке предложил устроить меня на другую работу. Когда я отказалась, сказал, что всё закончится скандалом.

— Вы зафиксировали встречу.

— Да.

— А до неё?

— До неё пыталась справиться сама.

Дмитрий провёл пальцем по краю технического листа.

— Почему?

— Потому что я только пришла. Мне не хотелось начинать работу со списка причин, по которым со мной сложнее, чем с другим сотрудником.

— Теперь хотите?

— Теперь хочу, чтобы команда понимала порядок действий. Подробности брака ей не нужны.

Он кивнул.

— Тогда предлагаю следующее. Технические запросы от Игоря я возвращаю в общую цепочку без обсуждения. Если он обращается к подрядчику напрямую и тот сообщает нам, мы фиксируем источник. Если не сообщает, ответственность остаётся у подрядчика. От вас мне нужно одно: не пытайтесь сначала решить проблему лично, а потом уведомить нас.

Я услышала в последней фразе требование и почти возразила. Но он не просил передать ему контроль. Он просил информацию, без которой не мог защищать собственный участок.

— Согласна, — сказала я. — И от вас мне нужно то же. Если считаете мои действия риском, сначала назовите их мне.

— Согласен.

— Без исключения ради моей же пользы.

— Без исключения.

Мы не пожали руки. Сделка не нуждалась в жесте, который выглядел бы торжественнее самой договорённости.