Книга Развод в 45. Его свадьба — моя работа, страница 49 – Виолетта Весна

Шестнадцатого октября дополнение зарегистрировали под тем же номером, что и первоначальную записку. Удалять старый документ никто не собирался.

Я прочитала финальную версию до утренней планёрки. Дмитрий перечислил, какие факты оценил верно: прямое давление Игоря, риск искажения информации, необходимость второго сотрудника. Затем отдельно указал ошибку: он предложил кадровое решение, не запросив позицию людей, чьи обязанности менял, и не рассмотрев менее жёсткие способы контроля.

В последнем пункте подтверждал мой план и свою готовность работать в нём до закрытия проекта.

Мне не понравилось слово «готовность» — оно звучало так, будто структура требовала его личной уступки. Я написала комментарий: «Полномочия технического директора не меняются; речь идёт о соблюдении утверждённого порядка». Дмитрий заменил фразу без спора.

На планёрке Тамара сообщила, что внутренняя проверка завершена. Подробности предупреждения команде не раскрывались. Алина официально стала вторым сотрудником на контактах по свадьбе и получила право прекращать разговор, если участник требовал незапротоколированного решения.

— Прекращать — это класть трубку? — спросил Егор.

— Сначала сообщить, что вопрос перейдёт в письмо, — ответила Алина. — Если человек продолжает требовать ответ, закончить разговор. Я уже тренировалась.

— На ком?

— На женихе.

Несколько человек улыбнулись. Я не остановила их, но вернула обсуждение к графику. Игорь не должен был становиться ежедневным развлечением команды.

После планёрки Лада показала проект публичного заявления:

«Фрагмент рабочей встречи, опубликованный без продолжения, относился к планировке, не получившей технического согласования. Мероприятие остаётся в календаре, подготовка ведётся по договору. Частные сведения заказчика и сотрудников площадка не комментирует».

— Кира согласовала? — спросила я.

— Да. Попросила убрать слово «свадьба», поэтому в тексте «мероприятие». Юрист владельцев тоже согласовал.

— Где публикуем?

— На странице «Линии» и ответом тем клиентам, которые получили письмо с похожего адреса. В канал с роликом не идём: там удаляют комментарии и собирают новый охват на спорах.

Заявление появилось в полдень. Реакция оказалась скромной. Несколько подрядчиков переслали его, часть комментаторов продолжила писать, что компания прикрывает сотрудницу. Никто не устроил публичного извинения. Зато Макарова внесла аванс за юбилей, а ноябрьский форум подтвердил список участников.

Системный администратор закончил проверку похожего адреса. Почтовый ящик зарегистрировали в день рассылки через открытый сервис. Утечки клиентской базы не было: оба адреса находились на публичных сайтах компаний, а список ближайших событий «Линии» ранее появлялся в презентации для партнёров. Установить автора без отдельного разбирательства мы не могли. Тамара решила не начинать отдельное расследование, пока с адреса не приходят новые письма.

— Значит, закрываем? — спросила я.

— Фиксируем результат и сохраняем материалы, — поправила Лада. — Если повторится, будет история. Сейчас у нас один ящик, два письма и отсутствие ущерба по договорам.

Мне хотелось получить имя, но имеющиеся данные не позволяли его установить.

Виктора вызвали на видеосвязь во второй половине дня. На встрече присутствовали Тамара, Лада, я и Дмитрий. Алина вела протокол.