Книга Развод с генералом. Моя жизнь без приказов, страница 34 – Виолетта Весна

Это признание задело сильнее рассказа о давней аварии.

— А мне было удобно сказать «хорошо», а потом считать тебя виноватым, что не догадался, — ответила я. — Не каждый раз. Достаточно часто.

— И что теперь?

— Не знаю. Впервые у меня нет ответа, который можно красиво записать.

— Непривычно.

— Потерпи.

Герман коротко усмехнулся, но почти сразу снова стал серьезным.

— Я постараюсь.

— Цени момент.

Он улыбнулся. Не счастливо, но по-настоящему.

В коридоре послышались шаги. Электрик вошел с инженером и сообщил, что нашел неисправный контроллер. Разговор закончился без вывода. Мы вернулись к работе.

К девяти резервная линия включилась. Я прошла весь маршрут, отмечая световые переходы. Герман шел позади с начальником безопасности. На лестнице он не предупреждал меня о последней ступени, хотя я однажды подвернула там ногу. Я знала, что он помнит. Он просто позволил мне самой смотреть под ноги.

У выхода Павел принес новый оперативный прогноз. Вода поднялась быстрее расчетного. Два поселка готовили к частичной эвакуации, школу, выбранную основным пунктом, могли отрезать дорожные работы.

— Сколько времени? — спросила я.

— От суток до трех, — ответил Герман. — Зависит от дождя.

— «Берег» не готов принимать людей завтра.

— Поэтому подготовим сегодня.

Я открыла схему временного размещения.

— Тогда мои условия: стройку полностью останавливаем, второй этаж закрываем, пресса не входит в семейную зону. Не больше сорока человек одновременно. Дежурный медик и два сотрудника безопасности. Отдельный маршрут для маломобильных.

— Запиши официально.

— Уже.

Я отправила документ в общий реестр. Герман прочитал с телефона.

— Пункт про запрет съемки нужен точнее. Пресса может находиться во дворе и в официальной зоне.

— Но не снимать прибывающих без согласия.

— Согласен.

Мы внесли правку. Через десять минут Юлия утвердила условия.

Я вышла во двор. Дождь прекратился, но вода в канаве вдоль дороги почти дошла до асфальта. За рекой тянулась низкая полоса тумана.

Герман остановился рядом.

— Спасибо, что спросила о Саше, — сказал он.

— Ты мог рассказать раньше.

— Мог.

— И я могла раньше спросить.

Он посмотрел на меня.

— Это ничего не меняет?

— Меняет то, как я тебя понимаю. Не то, что произошло.

— Я не прошу другого.

Павел позвал его к машине. Я осталась у входа, проверяя список материалов для временных перегородок.

Через полчаса пришло официальное распоряжение: «Берег» перевести в готовность к временному приему до шестидесяти человек.

В утвержденных условиях стояло сорок.

Я позвонила Герману прежде, чем кто-нибудь успел поставить дополнительные койки.

На этот раз спор о цифре должен был состояться до того, как люди войдут в здание.

— Шестьдесят человек не войдут по безопасной схеме, — сказала я.

— Войдут, — ответил Герман. — Вопрос в том, сколько времени проведут внутри.

— Тогда это уже другая схема. Мы согласовали сорок человек на двенадцать часов. Для шестидесяти нужны дополнительные санузлы, место для вещей и второй медик.

Я шла по коридору «Берега», держа телефон у уха и одновременно показывая рабочим, куда ставить временную перегородку. За стеклом входной группы разгружали складные кресла. Стройку остановили сорок минут назад, но пыль еще стояла в учебном корпусе.