Книга Развод с генералом. Моя жизнь без приказов, страница 49 – Виолетта Весна

Совет принял самоотвод. Председательство временно перешло Юлии, управление оставило за собой экспертный голос без права единоличного решения по доступу. Герман должен был передать дела за три дня.

После заседания он отключился сразу. Не попросил поговорить, не прислал объяснение.

Павел приехал на площадку к вечеру с документами. Мы проверили список незакрытых требований.

— С понедельника я буду работать с новым представителем управления, — сказал он. — Герман Аркадьевич останется на оперативной связи только по паводковой готовности до конца недели.

— Понятно.

Павел закрыл папку, но не ушел.

— Кира Андреевна, я хотел сказать... Я готовил назначение. Договоры, переезд, программу. Герман Аркадьевич считал, что вы согласны, но я ни разу не запросил подтверждение у вас.

— Потому что он сказал?

— Потому что так работало много лет. Если решение касалось вас, я считал его слова достаточными.

— Я тоже часто считала.

— Это не оправдание.

— Нет. Но спасибо, что сказали.

— Теперь по всем участникам ввели письменное согласие. Даже если руководитель сообщает устно.

— Хорошее правило.

Павел кивнул.

— И еще. Герман Аркадьевич не хотел, чтобы я говорил, но вы, вероятно, узнаете из документов. После сегодняшнего решения его переводят с координационного блока на территориальное управление. Повышение окончательно снято.

— Из-за самоотвода?

— Из-за всей проверки. Руководство считает, что публичный конфликт и повторное нарушение сделали его кандидатуру слишком рискованной. Должность не ниже по званию, но менее публичная. Другой регион, больше командировок.

Я посмотрела на план, лежавший между нами.

— Когда перевод?

— В июле. Если он не откажется от службы, а этого не будет.

— Почему он не хотел, чтобы вы говорили?

— Сказал, что последствия его решений не должны становиться аргументом в личном разговоре.

Павел ушел. Я осталась в кабинете одна.

Мне хотелось позвонить Герману. Не простить, не вернуть, просто сказать, что я знаю и мне не все равно. Но он выбрал не приносить потерю ко мне как счет. Если я позвоню из жалости, превращу его правильное решение в ту же сделку, от которой он отказался.

Я написала только рабочее сообщение через реестр: «Передачу требований получила. Вопросов нет».

Ответил Павел, не Герман.

На следующий день служба безопасности нашла автора фотографии. Им оказался помощник субподрядчика, которому не продлили договор после замечаний. Он воспользовался чужим временным пропуском, снял нас и отправил письмо, рассчитывая создать новый скандал. Прямого плана нападения не было. Доступ закрыли, материалы передали юристам подрядчика и службе безопасности. Герман не спасал меня от преследователя, потому что преследователя в этой истории не существовало. Существовал человек, решивший наказать проект публичным унижением.

Нина спросила, будем ли мы подавать отдельный иск.

— Сначала пусть юристы оценят ущерб, — сказала я. — Я не хочу превращать его имя в новую новость.

— А если не наказывать?

— Последствия будут. Просто не обязательно устраивать из них спектакль.

В пятницу мы завершили повторную приемку. Звукоизоляцию исправили, ночной маршрут утвердили как резервный, постоянную металлическую раму демонтировали. «Берег» возвращался к обычному графику.

В тот же день агент по продаже дома сообщил, что покупатели подняли цену до оценки. Они хотели оставить встроенную мебель и выйти на сделку в течение месяца. Софья прислала договор, адвокат Германа — одну правку о сроке освобождения гаража.