Книга Развод. Я беременна от бывшего, страница 26 – Виолетта Весна

Павел посмотрел на меня.

Я покачала головой.

— Нет.

Он сжал губы, но промолчал.

Я знала, что это нелогично. Кристина била через Артема. Артем был частью этой боли. Но заблокировать его я не могла.

Пока не могла.

Павел поправил плед.

— Сегодня никаких разговоров. Никаких сообщений. Ешь, пьешь, лежишь. Если боль повторится — едем в клинику.

— Паш...

— Это не обсуждение.

Я хотела возмутиться, но он добавил тише:

— Пожалуйста.

И я замолчала.

Потому что просьба — совсем другое дело.

Ночью я почти не спала.

Телефон лежал на тумбочке. Я выключила звук, но все равно просыпалась и смотрела на экран.

От неизвестного номера больше ничего не приходило.

От Артема — тоже.

И именно это почему-то болело сильнее.

Под утро, когда за окном начало сереть, я наконец провалилась в короткий сон. Мне снился дом Орловых. Не страшный, не мистический, просто пустой. Большая кухня, длинный стол, холодный свет. Я ходила по комнатам и собирала свои вещи, но каждый раз находила что-то забытое: книгу, шарф, чашку, эскиз.

Артема в доме не было.

И все равно я чувствовала, что он где-то рядом.

Проснулась я от звонка.

Телефон вибрировал на тумбочке.

Артем.

Я смотрела на его имя и не двигалась.

Звонок оборвался.

Потом пришло сообщение:

«Я не знаю, кто и что тебе написал. Но если это связано с Кристиной, я хочу объяснить».

Я села на кровати.

Сердце стало биться быстрее.

Значит, он знает.

Или догадывается.

Следующее сообщение пришло почти сразу:

«Фото старое. Ужин был деловым. Между мной и Кристиной ничего нет».

Я закрыла глаза.

Ничего нет.

Как просто.

Как знакомо.

Еще одно сообщение:

«Но я понимаю, что раньше дал тебе причины не верить мне».

Я открыла глаза.

Перечитала.

Один раз. Второй.

Это уже было не похоже на прежнего Артема.

Прежний сказал бы: «Ты опять накручиваешь». Или: «Не слушай чужие сплетни». Или: «Я не обязан оправдываться».

А этот написал: «Я дал тебе причины не верить».

Я сжала телефон в руке.

Внутри снова появилась та самая опасная мягкость.

Я положила ладонь на живот.

— Не верь быстро, — прошептала я. — Пожалуйста, не верь быстро.

Потому что теперь от моей слабости зависела не только я.

Я написала Артему только одно:

«Да. Дал».

И впервые за все эти дни он не стал спорить.

Ответ пришел через минуту:

«Я знаю».

Я смотрела на эти два слова, пока экран не погас.

За дверью мама тихо ходила по кухне. Пахло кашей, чаем и домом. Настоящим домом, где никто не требовал быть удобной.

Я откинулась на подушку и закрыла глаза.

Сегодня нужно было сдать повторный анализ. Потом ждать результат. Потом делать вид, что я могу спокойно жить дальше.

А где-то в другом конце города Артем Орлов, кажется, впервые начал понимать, что дело не в Илье, не в разводе и даже не в фотографии Кристины.

Дело в том, что я больше не верила ему на слово.

И, может быть, это было единственное честное начало между нами.

Повторный анализ я сдавала рано утром.

Павел отвез меня в лабораторию, хотя я до последнего спорила. Вернее, пыталась спорить. Он просто стоял в прихожей с ключами от машины и курткой в руке, смотрел на меня так, будто заранее пережил все мои аргументы, похоронил их и теперь ждал, когда я закончу.

— Я могу на такси, — сказала я.

— Можешь.

— Тогда зачем ты стоишь у двери?