Книга Развод. Я беременна от бывшего, страница 7 – Виолетта Весна

— Я тебя защищу.

За окном шел дождь. В цветочной студии пахло мокрыми стеблями, розами и холодным кофе. На столе лежали три аптечных теста, мой телефон и салфетки, которыми Лада торопливо вытирала воду с пола после наших мокрых следов.

Никакой красивой новой жизни у меня пока не было.

Был развод.

Был бывший муж, который привык распоряжаться даже после подписи.

Была я — испуганная, уставшая, с красными глазами.

И был ребенок.

Наш ребенок.

Только Артем Орлов об этом еще не знал.

Я сидела на старом диване в подсобке цветочной студии и смотрела на тест, лежащий на столе рядом с моим телефоном.

Две полоски не исчезали.

Я почему-то ждала, что они побледнеют, растворятся, окажутся ошибкой из-за стресса, дождя, развода, кофе вместо завтрака. Но вторая полоска была на месте. Тонкая, розовая, упрямая.

Как будто ей было все равно, что моя жизнь только что развалилась по документам.

Лада стояла у чайника и пыталась делать вид, что занята делом. Она сняла плащ, переобулась в мягкие тапки и уже третий раз открывала один и тот же шкафчик.

— Лада.

Она обернулась.

— Что?

— Ты ищешь чашки в шкафу с лентами.

— Ага, — сказала она и закрыла дверцу. — Значит, я спокойна как удав.

Я хотела улыбнуться. Не получилось.

В голове было пусто и шумно одновременно. Я не могла собрать ни одной нормальной мысли. Только одно и то же, по кругу: беременна, от Артема, после развода, что теперь.

Лада поставила передо мной кружку с теплой водой. Не чай, не кофе, просто вода.

— Пей.

— Не могу.

— Маленький глоток.

Я послушалась. Вода показалась безвкусной и тяжелой. Желудок снова неприятно сжался, но уже не так резко.

— Нужно сделать еще один, — сказала я.

— Тест?

— Да.

— Сделаем. Только не прямо сейчас. Дай себе пять минут.

— А если ошибка?

Лада села рядом. Ее обычно живое лицо стало серьезным, почти взрослым. Я редко видела ее такой. Обычно она шутила, даже когда было плохо. Особенно когда было плохо.

— Вера, я купила три разных теста не потому, что люблю аптечные коллекции. Сделаем все. Потом запишемся к врачу. Нормальному, не к кому попало. Но ты сама понимаешь...

— Нет, — перебила я. — Я ничего не понимаю.

И это была правда.

Я не понимала, как можно утром подписать развод, а через час узнать, что внутри тебя начинается чья-то жизнь.

Я не понимала, почему именно сейчас.

Я не понимала, как мне быть матерью, если я только что перестала быть женой.

И больше всего я не понимала, что делать с Артемом.

Телефон на столе молчал.

После моего сообщения он не ответил. Это было на него похоже. Артем не любил выяснять отношения в переписке. Он предпочитал либо молчать, либо появляться лично, когда считал нужным. Без предупреждения. Без вопроса, удобно ли мне.

Я смотрела на экран и ловила себя на мерзкой, слабой мысли: а вдруг он все-таки спросит, что случилось?

Просто спросит.

Не прикажет. Не пришлет водителя. Не скажет Денису Корнееву оформить очередной пункт. Спросит: «Вера, тебе плохо?»

Телефон молчал.

И правильно делал.

Мне нужно было наконец привыкнуть к тишине без ожидания.

— Я сделаю второй, — сказала я и потянулась к аптечному пакету.

Лада накрыла мою руку своей.

— Сначала сядь нормально. Ты вся дрожишь.

— Я нормально.

— Вера.

— Если я сейчас сяду и начну дышать, я расплачусь.