Книга (Не) получишь меня, Дракон! - 2, страница 73 – Алена Шашкова

Знает ли он о последствиях нашей истинности? Понимает ли, к чему это может привести? Ведь если он ждал истинную из другого мира, то должен был изучать эту тему.

Пф! Думаю об этом как о каком-то объекте научных исследований!

Эта мысль заставляет улыбнуться. Джер замечает:

— У тебя невероятная улыбка, — тихо, чуть хрипло говорит он своим окутывающим баритоном. — Я хочу, чтобы ты чаще улыбалась.

Он склоняется, невесомо касается моих губ. Поцелуй почти невинный, но в нём столько кроется, будто до этого я вообще не представляла, что значит чувствовать что-то по отношению к другому. К мужчине. Потом он отстраняется, чтобы посмотреть на мою реакцию. Я замираю, прислушиваясь к себе. У меня немного кружится голова, дыхание сбивается, а из головы напрочь вылетают все мысли.

Как нужно это сейчас. Не думать о прошлом, о будущем и настоящем. Только этот миг имеет значение.

Закусываю губу, и, кажется, это оказывается спусковым крючком. Такер, сдерживавшийся, похоже, из последних сил, срывается. Он накрывает мои губы своими и жадно целует так, что для меня все вокруг меркнет. Остается только Джер.

Его горячие ладони подныривают под ткань рубашки и ласкают нежную кожу спины. Я шумно выдыхаю и выгибаюсь навстречу его прикосновениям. Касаюсь грудью его торса, Такер тут же прижимает меня крепче, будто я собираюсь вырваться и убежать, но теперь на это даже шанса не остаётся. Поцелуи становятся все требовательнее, губы спускаются к шее, оставляя обжигающие следы и заставляя меня запрокинуть голову. Сжимаю в ладонях ткань его рубашки на спине и притягиваю ближе, хотя куда уж.

Джер переворачивает меня на спину, нависает надо мной и расстегивает пуговку за пуговкой, спускаясь все ниже и ниже, вынуждая дрожать от предвкушения. Одновременно хочется, чтобы он поскорее избавился от этих тряпок, и в то же время я боюсь нарушать правила этой игры, хочу насладиться каждым её мигом, запомнить всё, что происходит, в мельчайших подробностях, потому как это кажется очень важным.

То, что я чувствую сейчас, не идет ни в какое сравнение с тем, что было с Роем. Как черно-белое, немое и кино с три-дэ эффектом. Этот трепет, это взрывное ощущение каждой клеточкой тела, это непреодолимое желание чувствовать Джера везде, не сравнимы ни с чем.

Когда он избавляется и от своей, и от моей рубашек, я зарываюсь пальцами в его волосах, притягивая его ближе, кожа к коже, будто пытаясь слиться с ним в единое целое. Мои робкие и осторожные касания становятся все смелее, пока не превращаются в страстные, почти отчаянные.

Обвиваю его ногу своей, тут же чувствую горячую, немного шершавую ладонь на бедре. Проведя вниз до колена, он отрывает ладонь и теперь ведёт вверх, едва касаясь кончиками пальцев и разгоняя по телу волны колючих мурашек. Я прогибаюсь в спине и, забывшись, прошу его о чём-то, но не слышу собственного голоса из-за грохота пульса.

Такер покрывает поцелуями каждый миллиметр кожи, шепчет глупости на грани приличия, которые только распаляют огонь, поглощающий меня. Когда он делает плавный, но уверенный толчок в меня, я забываю о том, что у меня вообще был какой-то опыт.

Я открываю для себя все снова, с нуля, понимая, как это должно быть, когда не только отдаешь, но и гораздо больше получаешь. Когда в каждое мгновение тот, кто рядом, задумывается о том, чтобы было хорошо обоим. Когда движения все интуитивные, но настолько синхронизированные, что, кажется, они были тщательно отрепетированы.