Книга Истинная ученица дракона, страница 46 – Алена Шашкова

Офицер, видимо, был простужен, потому что ему снова пришлось откашляться, чтобы закончить свою фразу:

— Назначается эн Максимус Гордин.

Мне показалось, что почти все, кто был на плацу, дружно выдохнули. В первую очередь потому, что неизвестность бывает хуже, чем неудобная действительность.

Я видела, как Геральд недовольно встряхнул крыльями и порадовалась, что хоть кто-то смог щёлкнуть его по носу. Пусть это был сам король (неужели боги всё же даровали ему ума?).

Эн Гордин вышел вперёд и встал рядом с говорившим офицером.

— На место коменданта и проректора по безопасности до тех пор, пока не будут устранены причины нападения гарпий на город и академию, назначается эн Геральд Азаро, — офицер свернул пергамент с приказом. — Распоряжение считать вступившим в силу сразу после оглашения.

Геральд одернул свою форму и тоже вышел к офицеру. Плац охнул второй раз, уже от удивления: ангел на боевой должности в академии был впервые. Ну, он вообще был уникален в своём роде. Среди кадетов стал распространяться шёпот, постепенно превращающийся в тихий гул.

Геральд и Максимус стояли по разные стороны от офицера. Ангел и дракон. Представители двух рас, которые никак не могли друг с другом договориться и жили в состоянии постоянного холодного противостояния. Я себе слабо представляла, как они будут уживаться в руководстве одной академии.

Офицер повернулся к эну Гордину и отдал честь. Надо же, значит, комендант выше званием? Как же много я ещё о нём не знала. И разум подсказывал, что Максимус мне совсем чужой, зато сердце кричало о том, что он уже стал частью меня. Когда? А я, глупая, всё гадала, что такое со мной происходит…

Эн Гордин кивнул офицеру, отпуская его с помоста, и обратился к кадетам и преподавателям, которые, как выяснилось, тоже все собрались тут:

— Завтра состоится церемония прощания с эном Фиорном на тренировочной площадке боевых магов, — его поставленный твёрдый голос разносился над вновь притихшими кадетами. — У каждого факультета будет своё выделенное время, чтобы отдать почести тому, кто отстаивал интересы кадетов и академии до последней секунды своей жизни.

В груди было тяжело от осознания того, что косвенно в гибели ректора были виноваты мои однокурсники. Если бы они не полетели в эту таверну, если бы не были настолько беззащитны без боевых заклинаний…

— Все прежние распоряжения и изменения остаются в силе. В ближайшие три дня все занятия отменяются. В лазарете много работы: добровольцы могут помочь. Думаю, эна Фердинанда учтёт это на экзамене, — тут в его голосе прозвучала мимолетная улыбка, которая быстро сменилась серьезным тоном. — В дополнение: академию до выяснения ситуации с гарпиями покидать запрещено под угрозой исключения, — закончил эн Гордин и отошёл от края помоста.

Было видно, что Геральд раздражён и очень хочет высказать коменданту, а точнее теперь уже ректору, всё, что думает о решении короля. Но сделать это в присутствии огромного количества кадетов он не мог. Нас своей речью Геральд не удостоил: больно много чести, выступать самому канцлеру, поэтому он просто развернулся и ушёл.

Прозвучала команда “вольно”, и мы все рассеялись кто куда. Я ощущала на себе взгляд. Тяжёлый, изучающий, внимательный. Подняв глаза на эна Гордина, всё ещё стоявшего на помосте и внимательно рассматривающего суетящихся кадетов, я поняла, что это был не он.