Книга Истинная. Ты моя навсегда, страница 37 – Алена Шашкова

Лиса садится напротив меня, и теперь столик служит такой своеобразной преградой, через которую мы перекидываемся репликами, как будто играем в мяч.

— Ты мне скажи.

— Куда мне бежать? — пожимаю плечом. — Я же трофей.

— Трофей с сюрпризом, — она прищуривается и наклоняется вперед.

— У кого из нас нет недостатков?

— Ну важен лишь размер этих недостатков, правда?

— И какого размера недостатки у Керни? — неожиданно спрашиваю я.

Потом осекаюсь и чувствую, как кровь бросается мне в лицо, а щеки начинают гореть уже не от того, что я бежала, а от того, как превратно можно понять мой вопрос.

— О, поверь мне, его достоинства совершенно точно перекрывают любые недостатки, — сделав серьезное лицо, говорит Лиса и, видя мое смущение, добавляет:. — Я про характер, а ты о чем подумала?

Я закрываю лицо руками и опираюсь на стол.

— А ты определенно интереснее, чем мне показалось на первый взгляд, — непринужденно отвечает рыжая и запрокидывает голову, весело хохоча.

От веселого смеха из кустов вспархивает какая-то черно-белая птичка и, недолго покружив, улетает в сторону замка. Я провожаю ее взглядом и ловлю себя на странном ощущении, чего-то знакомого. Но никак не могу поймать ниточку догадки.

Нам приносят завтрак, расставляют искусно сделанный фарфор и серебряные столовые приборы, украшают столик вазочкой с букетом маленьких красных цветочков, похожих на фиалки и раскладывают по тарелкам сытный ароматный завтрак.

Могла ли я подумать, что, оказавшись буквально в плену оборотня, которым пугали у нас детей, буду одеваться и питаться как королева. Только подумать! У меня целых три служанки. И это не говоря уже о том, что мне не приходится готовить и убирать.

Я не знаю, как будет дальше, но если бы у меня была возможность, я бы вырвала Мару из лап Зордана и забрала сюда. Но что я могу сделать? Вот и получается, что вместо этого я вынуждена маяться от неизвестности, как она там, и собирать информацию о короле.

И это притом, что Керни ни разу не упомянул о том, что меня ждет что-то нехорошее или я как-то ущемлена в правах. Даже когда меня буквально подложили под него, он не тронул. Хотя после вчерашнего поцелуя, я уже начинаю об этом жалеть…

— Давай завтракать, Эйра, — окликает меня Эрнетта. — Остывший бекон не настолько хорош.

Задумалась…

— М-м-м… вкусно, — негромко промычав, от наслаждения, говорю я.

Никогда раньше не замечала за собой любви к мясному, но у Керни, похоже, повар — гений мясных блюд, потому что ароматы настолько распаляют аппетит богатством оттенков, а все кусочки буквально тают во рту.

— Да, я всегда говорила Керни, что он плохо старался, уговаривая местного повара переехать в столицу, — отмечает Лиса.

То, как рыжая говорит о Керни, вызывает во мне волну недовольства. Создается ощущение сродни тому, которое появляется, когда ты знаешь, что на столе лежит твой подарок, именно твой и ничей больше, и кто-то вдруг хочет его присвоить себе.

Бесит.

— А ты давно его знаешь? — делая вид, что не сильно заинтересована в ответе, ковыряюсь в тарелке.

А у самой чуть ли не руки трясутся. Пресветлый! Да что в этом оборотне такого, что меня это заботит?

— Да. С детства, — отвечает Лиса. — И никогда еще мы не расходились настолько кардинально во мнениях относительно одного человека. И именно поэтому ты мне не нравишься.