Книга Светлая ведьма для Темного ректора, страница 23 – Алена Шашкова

— Его и нет. Пока что. Попросите мисс Пуфти распорядиться принести сюда обед на троих и озаботиться тем, чтобы с сегодняшнего дня мороженое вошло в меню, – с ехидной улыбкой говорит Рейнард. – Раз в академии есть дети, надо задуматься и о детском меню. Вдруг их по чьей-то неаккуратности станет больше.

Он серьезно? Что за дурацкие намеки? Хотя Всемудрый ему судья. Мне точно нечего стыдиться. А ректор волен верить в то, во что хочет.

Я передаю мисс Пуфти приказ ректора. Она багровеет от возмущения.

— Мисс Антис, а вам не кажется ли, что это ваша работа – бегать с распоряжениями ректора, – гнусаво шипит секретарша. – У меня и без вас работы достаточно. А вам то няню проводи, то за мороженым сбегай! От вашего ребенка одни проблемы.

— Ваша работа, как и моя, – выполнять приказы ректора, – отвечаю я. – Если вам для этого, согласно трудовому контракту, нужно письменное указание, я его сейчас подготовлю. Но, как вы думаете, что скажет господин ректор, когда узнает, что вы не хотите проявить лояльность к его словам?

Багровый цвет ее лица медленно стекает вниз, окрашивая внушительное декольте. Она резко вскакивает из-за стола и, громко впечатывая каблуки в паркет, выходит из приемной.

— Мама! Смотри, какой у дяди Рейна есть драконий камень! – доносится до меня из кабинета.

Я оглядываюсь. Аллан тянется к подоконнику, на котором стоит янтарный кристалл с черной вертикальной трещиной внутри. Он внешне очень напоминает драконий глаз, поэтому и был так назван. Порой ему приписывали самые разные свойства – от пробуждения силы до дарования бессмертия. Но никакие исследования не подтвердили этих домыслов.

Закрываю за собой дверь, делаю шаг к Аллану, и с ужасом замечаю, что его глаза опять, как накануне, стекленеют, а потом становятся яркого золотистого цвета с вертикальным зрачком.

Сердце не просто замирает – останавливается. Я кидаюсь к нему, но меня буквально отбрасывает Рейнард.

По кабинету прокатывается тихий рык. Из-за спины Рейнарда я вижу, как меняются руки Аллана, как на его милых щечках появляется чешуя, а взгляд становится все менее осознанным.

Я вцепляюсь в рукав Темного, пытаясь оттащить его и протиснуться самой. Мне нужно срочно к сыну! Превращение нужно остановить!

Но Рейнард снова отталкивает меня подальше, и в миг, когда он смотрит на меня, замечаю, как его собственный зрачок становится вертикальным.

— Стой! – я рвусь к сыну, желая защитить его. Уже аккумулирую на кончиках пальцев свет.

— Не лезь, – гулко рычит Рейнард. – Только хуже будет.

Меня трясет от волнения. Я не хочу подпускать его к своему сыну. Но он отгораживает меня темной магией, я не могу подступиться. Я даже кричать не могу – боюсь, что сбежится пол-академии.

Темный касается лбом лба Аллана, и оба будто замирают. Я затаиваю дыхание. Сердце скачет, а свет готов сорваться с рук. Но, повинуясь своей интуиции, я решаю посмотреть, что будет делать Рейнард.

— Ты его слышишь, малыш? – раскатисто, с нотками драконьего рыка, спрашивает Темный. – Позволь себе его услышать. Позови…

Потом Рейнард начинает что-то говорить на незнакомом языке. Аллан смыкает веки и глубоко дышит. Чешуя пропадает, когти втягиваются. В последний момент глаза сына распахиваются, становятся нормальными. Он доверчиво смотрит на ректора, а на лице появляется улыбка.