Книга Эликсир красоты, или Это всё Она, страница 100 – Айлин Лин

— Пойдём, нельзя опаздывать. В этом успокоительном нет ничего опасного, скорее это некая мера предосторожности, чтобы ты не кинулась в окно или ещё что-то в этом духе. Но мне претит подобное обращение, ты человек, а не животное. И должна всё понимать и правильно на всё реагировать. И ещё, он остановился у самых дверей: помни, я с тобой. Даже если ты магиня, я не оставлю тебя здесь.

Мы шли под конвоем, иначе сопровождение из четырёх дюжих гвардейцев я назвать не могла: двое вышагивали впереди нас, двое позади. При всём при этом их ладони сжимали эфесы, и, думаю, если бы кто-то из нас с мужем дёрнулся бы, то непременно пожалел об этом. Лица охранников наполовину были скрыты надвинутыми на лоб металлическими шлемами, обитыми какими-то кожаными вставками — явно чтобы не натирали.

Вот таким составом нас вели по коридорам дворца, скорее всего, в сторону тронного зала.

И чем ближе мы подходили к пункту назначения, тем больше людей встречалось нам по пути: нарядно одетые, обвешанные драгоценностями, как новогодние ёлки игрушками.

Постепенно ко мне вернулась ясность сознания: я ощутила яркий контраст между заторможенностью и способностью всё понимать и адекватно реагировать. И как с глаз спала мутная пелена, я начала размышлять и делать выводы. Не очень для меня приятные. Во-первых, король не желал меня отпускать, даже если во мне нет магии — судя по всем его действиям, во-вторых, Джером пообещал не оставлять меня здесь и помочь в случае чего, и это обстоятельство вызывало глубоко во мне странные, непривычные чувства: благодарность и ещё что-то, доселе неведомое. Я была не одна в этом холодном здании, здесь находился как минимум ещё один человек, готовый ради меня совершить некий поступок. В-третьих, как бы то ни было, на некоторое время мне придётся прикусить язычок и не дерзить Его Величеству — вести себя, как мышка, потупив глазки, поскольку тем самым я выдам мужа и его могут наказать за причинение препятствий решению правителя. А это последнее, чего бы мне хотелось. За столь короткое время молодой градоправитель стал мне невероятно дорог. Хотя между нами, по сути, пока ничего серьёзного не было.

Наконец-то нас подвели к белоснежным двустворчатым высоким дверям, по бокам которой замерли ещё два стража, только в их руках оказались длинные острозаточенные пики.

Из неприметного алькова откуда-то сбоку к нам выскочил невысокий пухлый человек и, чуть суетливо улыбаясь, заявил:

— Уважаемое семейство Холстенов, прошу подождать здесь. Вас объявят. И как только двери начнут распахиваться, приготовьтесь войти внутрь приёмной залы, где вас уже ожидают придворные и Его Величество Моторг Первый.

Вот так. Здесь уже всем было известно, что мы поженились. Разведка короля работает на совесть.

Долго ждать не пришлось: с другой стороны дверей до нас глухо донёсся чей-то басовитый и очень громкий голос, объявивший фамилию моего супруга и створки медленно поползли в разные стороны. Джером, ободряюще сжав мою ладонь, поднёс её к своим губам и нежно поцеловал:

— Ничего не бойся, помни, я с тобой, Мия, — и потянул меня внутрь соседнего помещения.

Людей в тронную залу набилось немерено. Я даже на секунду сбилась с шага. Кстати, наш конвой остался снаружи, что не могло не радовать.