Книга Эликсир красоты, или Это всё Она, страница 73 – Айлин Лин

С этого памятного дня и началось моё шествие по буреломам и буеракам, на каждом маленьком шаге встречала практически непробиваемую стену сопротивления и неприятия новых порядков, и если не получалось сие препятствие перепрыгнуть, шла напролом — просто увольняла недолекарей и нисколько об этом не жалела. Кстати, Крац остался и коршуном следил за каждым моим движением, вслушивался к каждому моему слову, в общем, пытался шпионить.

Бригада строителей, выделенная мне в помощь ратушей, практически в каждой палате сложила печи, небольшие, аккуратные, в них нельзя было полноценно готовить, зато теперь можно было ставить на уступы кувшины с водой, чтобы у больных была возможность пить тёплую воду, а не ледяную. И это был большой шаг вперёд.

Стены ОЛЦ буквально драились швабрами и грубыми щётками с длинными ручками из свиной щетины. Женщины привыкли к тяжёлому, изнуряющему труду и выполняли всё беспрекословно. А когда в конце недели им выплатили дополнительное жалование за старание, чего никогда не было до сих пор, так и вовсе рвались в бой, с желанием отмыть и холодную, в которой воняло так, что голова начинала кружиться. В местном морге было мёрзло, но запахи разложения и экскрементов отчего-то явственно ощущались. Я не могла позволить работникам там начать генеральную уборку по одной простой причине — отсутствие перчаток. Одна-единственная ранка, полученная в таком месте, могла привести к печальным последствиям. А отдавать свои хирургические я не собиралась. Нужно что-то придумать, и, увы, без совета лестера Джерома Холстена, мне точно не обойтись.

Жаровни, прикрученные к каменным стенам, прикрытые железными решётками с висячими замками, теперь стояли по всем коридорам на равном расстоянии в пять метров и наполняли холодные каменные тоннели благодатным теплом.

Люди почувствовали перемены к концу первой недели. И даже ходить стали без верхней одежды и шерстяных платков с рукавицами. Перед главным входом поставили высокий стол, похожий на ресепшен из моего мира, его тоже сделали на заказ по моему эскизу, и два стула. Теперь все приходящие обязательно регистрировались и заносились в журнал посещения, куда вписывалась дата и общие жалобы, найти двух более-менее владеющих грамотой деушек оказалось ещё тем квестом, пришлось нанимать таких работниц со стороны, а это дополнительные расходы для казны города. Но тем не менее Холстен подписал нужные бумаги, и через некоторое время две улыбающиеся приятные женщины поступили под моё начало. После регистрации больного сопровождали в отдельный кабинет, где сидел лекарь, в обязанности которого входило осмотреть пришедшего, и направить дальше.

Самое сложное было разделить эскулапов по направлениям, поскольку у них были какие-то общие знания и даже не углубленные. Печально, но поправимо, главное ведь что? Важно, чтобы они хотели учиться.

Я приходила раньше всех и уходила позже других. Мне стали всё чаще и гораздо приветливее улыбаться и даже вежливо кланяться. Гарра и Красий оказались просто незаменимыми помощниками: старик, как оказалось, обладал невероятным даром вести дела по хозяйству, оттого бытовые вопросы, в том числе и снабжение нас вкусной и сытной едой, он взял на себя, а Гарра самоназначилась приглядывающей за порядком во всей лечебнице. А в начале второй недели с большим опозданием, но всё же пришёл ответ касательно дальнейшей судьбы этой колоритной семьи.