Книга Эликсир красоты, или Это всё Она, страница 89 – Айлин Лин

— Наши любимые лисоновские пирожные со взбитыми сливками!

— Да, только из печи, — улыбаясь, подмигнула им и протянула угощение сорванцам.

— Как долго вы принимаете эликсир жизни? — спросила я задумчивого барона Гроуна, который с трудом согласился, чтобы я его осмотрела.

— Практически с рождения, — последовал ответ и в голосе мужчины я не заметила и капли эмоций: он просто привык с этим жить. — Один раз в год я пью магическую настойку. Точнее, пил, сейчас я её принимаю дважды.

— Какие боли и где именно они вас беспокоят? — кивнула я, выслушав его краткий ответ, после чего взяла чистое полотенце и насухо вытерла руки.

— Вот здесь ноет, иногда до такой степени, что дышать не могу, синеют губы и меня начинает потряхивать, но как только приму травяной успокаивающий взвар, прилягу, то через некоторое время спазм проходит и меня отпускает, — Джош потёр место по центру груди и даже показал, как боль распространяется по правой части тела. — Кажется, что с каждым приёмом эликсир помогает всё слабее, а боль становится беспощаднее и острее, — вдруг признался он, не знаю, что он заметил в моих глазах, но отчего-то решил довериться.

Я нахмурилась. Было множество причин, почему так происходит, но если это всё тянется с рождения…

— Вот тут, где носогубный треугольник, у вас была синяя кожа сразу после рождения? — уточнила, жестом показав, чтобы барон прилёг на широкую лавку с мягким сиденьем.

— Да, мама говорила, что я, когда кричал, то становился бледным, а над губой всё синело, — удивлённо пробормотал он, послушно принимая горизонтальное положение.

— У вас порок сердца. Врождённый. Какой именно точно сказать не смогу, на фоне эликсира это сделать весьма затруднительно, а также у меня нет необходимых вещей для точной диагностики. Даже УЗИ сердца никак не сделать. Но кое-что я всё же могу. Этот предмет называется фонендоскоп, он поможет мне прослушивать высокие и низкие частоты сердца и сделать хоть какие-то выводы.

Пока я внимательно слушала сердцебиение своего пациента, он лежал смирно и выполнял мои короткие указания беспрекословно.

После того как прослушала сердце, пропальпировала живот, чтобы понять, не расширена ли печень.

— Можете одеваться, — кивнула Джошу и, подойдя к рукомойнику снова вымыла руки.

— Вы знаете, что у меня такое, — не спросил, утвердительно заявил барон, натягивая рубаху и накидывая поверх сюртук.

— Предполагаю, — вздохнула я, разворачиваясь к нему лицом. В комнате, кроме нас двоих, присутствовали Алета, супруга Джоша, и Джером, сидевший в дальнем тёмном углу и сосредоточенно слушавший нашу беседу. По бледному лицу хозяйки дома я поняла, как сильно, даже отчаянно, она ждёт ответа на вопрос своего мужа. — С помощью эхокардиографии можно было бы диагностировать практически все специфические пороки сердца. Детально исследовать аномалию, а также назначить адекватное лечение. Но… я услышала шумы, и неравномерный ритм. Понять, что именно с вашим сердцем смогу, только вскрыв грудную клетку. Вы должны понимать, что это очень опасно. А также и другое, — я сложила полотенце несколько раз и убрала в сторону, — раз вы уже перешли на более частое потребление эликсира жизни, то есть вероятность, весьма высокая, что вскорости двух настоек станет мало, а после и трёх, и даже каждый месяц не поможет, в итоге вы перейдёте на каждодневную подпитку.