Книга Корпорация Алиса, страница 19 – Айлин Лин

Элли закончила возиться с моей ссадиной и добавила:

— Хочешь пойти на плантацию, чтобы помочь Хоггейну?

— Я хочу помочь НАМ. Спасибо, — кивнула ей и встала с лавки, осторожно потянулась, разминая затёкшие мышцы. — Я во двор.

— Далеко от дома не уходи, — мигом встревожилась Элли.

— Хорошо, не волнуйся, — успокоила её я и пошаркала на выход.

Улица была пустынна, никого. Я свернула за угол нашей лачуги и вдруг увидела в окне соседнего дома, где обитал Борг и его семья, лицо ребёнка-орчонка. Не сдержалась и подмигнула. Малой опешил, округлил глазёнки и нырнул вниз, спрятался.

Доковыляв до задней части дома, присела передохнуть на лавку у стены. Прижавшись затылком о деревянные доски жилища, вгляделась в темноту над собой. Кристаллы, росшие в теле горы, сияли будто тусклые звёзды. Воздух вокруг был наполнен сыростью и чем-то ещё сложно определимым.

Задумалась.

Это не моё тело.

Сей вывод я сделала после прошедшей ночи. К этой мысли я пришла из-за преследующих меня снов. Подтверждением выступало ещё кое-что важное: я буквально физически ощущала, как моя душа поглощает осколки души настоящей Алисы, а точнее, встраивает их в себя; и как крохи сущности девушки сопротивляются этому процессу. Что же произошло там, на третьем уровне, что девочка умерла? Алиса явно хотела жить, она, несомненно, любила свою жизнь.

Возможно, когда-нибудь часть воспоминаний реципиентки ко мне вернётся, и я разгадаю тайну её гибели.

Я снова встала. Походила по двору, наматывая круги, следя за дыханием, разогрелась чуток, сделала лёгкую суставную гимнастику. И вернулась к ходьбе.

— А чего это ты делаешь? — в одной из многочисленных щелей в штакетнике я увидела блестящие круглые, полные любопытства глаза орчонка, его левый глаз украшал уже пожелтевший фингал.

— Тренируюсь, — ответила я, не стремясь подойти ближе.

— Ты же просто шаркаешь, как старуха туда-сюда, разве ж это тренировка? — искренне удивился мелкий.

— Для меня — да.

— Такими темпами ты на следующий уровень ещё долго пыхтеть будешь, — фыркнул он и со знанием дела добавил: — Хошь, возьми тягай-камень у моего отца? Пока его тут нет он не будет ругаться. Отец его каждый вечер поднимает по многу раз!

— А можно глянуть на этот ваш тягай-камень? — стало интересно.

— Канеш, вон его булыжник лежит, — махнул тонкой ручонкой мальчик.

Я подошла к забору и увидела часть «снаряда», торчавший из-за угла их каменного дома.

— Большой, — уважительно покивала я.

— А то! — гордо выпятил грудь маленький собеседник. — А тебе сколько лет? Сколько у тебя звёзд? Борг тебя не любит, думает, что ты белоручка. А мне пока нельзя ходить к слизням, мама говорит, они меня съедят. Папа сегодня обещал принести ещё пустых кристаллов для моих игр…

Мальчик мне понравился, в отличие от старшего брата он вызывал улыбку. Пострелёнок оказался словоохотливым, любознательным, энергичным и прямолинейным. А ещё сообразительным.

— Ты хорошая, — заявил он в конце своей речи. — Ты меня ни разу не перебила, успела ответить даже на какие-то вопросы. А Борг дурак и забияка. Ты его не слушай. У него большая голова, а мозгов мало.

— Это же твой брат, — остановила его я, не скрывая удивления.

— У нас матери разные, — фыркнул Лилу. — Он умом, видать, в свою пошёл.

— Не стоит так говорить, — покачала головой я. — Матушка — для каждого святое. Неприкосновенное. Уважай его маму так же, как свою.