Книга Невеста Мороза, страница 21 – Айлин Лин

— Мне всё равно, – пожала я плечами и потопала к себе в домишко.

Отдохнуть и впрямь не мешало. В избе было неуютно, а ещё пыльно, точно тут долго не убирались.

Отыскала за печкой веник из молодой полыни, обмела стены от паутины, вымела мелкий мусор. Присела на крылечке с краюхой хлеба, оставшейся с дороги. Тоже мне, колдунья великая, а накормить людей ума не хватило. Или тут каждый сам себе пропитание добывает?

С ветки мне на плечо прыгнула белка, от неожиданности, чуть кубарем не скатилась со ступенек.

— Эй, ты чего пугаешь?

Она вскочила на перила крылечка:

— Не признала меня? – Голосок у неё был тоненький.

— Это ты по дороге сюда у меня на плече каталась? – Улыбнулась я.

— Ага, – кивнул зверёк.

— Ещё угоститься хочешь? – Протянула ей кусочек хлеба.

Белка схватила его лапками:

— Спасибо. Нежадная, сразу мне понравилась.

— А ты волшебная? Впервые вижу говорящего зверька.

— Меня Цветана подобрала совсем крохой, выходила. Мы, когда рядом с волшебником растём, часть его силы перенимаем.

— Почему раньше со мной не заговорила?

— Напугать боялась, – белка доела хлеб и теперь стряхивала крошки с шикарной рыжей шёрстки.

Да уж, даже если со мной пенёк разговаривать начнёт или кочка болотная, ничему не удивлюсь. Насмотрелась, как говорится, несите следующего.

— Волшебница ваша всегда такая гостеприимная? Даже воды с дороги не предложила, – я снова поудобнее устроилась на крылечке.

— Вам надо от мирской суеты отдохнуть. Так полагается. А в полночь посвящение начнётся.

— Это ещё что?

Белка искоса взглянула на меня, потом прыгнула на колено:

— Не положено рассказывать. Да ладно. Сила ваша спит до восемнадцати лет. Её разбудить надобно.

— А почему именно до восемнадцати лет? – Меня это удивило, когда ещё Кикимора сказала. Женятся здесь рано. Каждая уважающая себя девица к такому возрасту детьми обзаводится. Несуразица какая-то выходит.

Белка хихикнула:

— Бестолковая какая. Вам, колдунам, время не страшно. Ты и в восемьдесят красоткой останешься. А тело окрепнуть должно, иначе волшебство не вынести.

Я вспомнила о своей изменённой внешности и опустила голову на руки. Почему же найденный в городище амулет-снежинка мне не помог? Не прикрыл в минуту опасности от страшной ворожбы Стужайло? Скорее всего, задача у него другая, не для моей защиты направленная. А жаль…

— Что с тобой? – Белка опёрлась о моё плечо, заглядывая в лицо.

— Красоткой меня даже с натяжкой не назовёшь.

— Шутишь? Глаза, как вишни спелые, локоны солнышко ловят, кожа белая.

— Погоди, – я подняла голову, – ты меня такой видишь?

— А какой? – Белка выпучила на меня глазки-бусинки.

— Глаза бесцветные, кожа серая.

Зверёк заволновался, цепляясь коготками, забегал по мне сверху вниз:

— Колдовство?

— Оно самое, – кивнула ей.

— Кто сотворил, знаешь?

В ответ снова кивнула, чувствуя, как сжимает челюсти.

Белка замерла, постукивая себя лапкой по подбородку, ни дать ни взять, доцент на кафедре.

— И сказать не можешь?

— Угу, – только и промычала я, – а ты, как видишь, если даже волшебники не разгадали?

Белка развела лапками:

— У нас подчас свои способности бывают. Я ведь и не знала, что ты иначе выглядишь.

— Зовут-то тебя как, прозорливая? – улыбнулась, погладив зверька по голове.

— Веснушкой.

— Следовало догадаться, – усмехнулась я.