Книга Алая нить судьбы, страница 50 – Айлин Лин

«А этот шелье неплохо устроился» — с лёгкой завистью подумала Ирина, сравнив её нынешний уровень жизни и роскошь этого.

— Чего рот раскрыл, — неожиданно буркнули рядом, — гости в трапезной. Ожидай здесь. Я тебя позову.

Старик прошёл через холл и, тихо постучав в резную дверь, через мгновение скрылся за ней.

Ирина не успела расслабиться, как дворецкий — девушка решила, что будет называть его именно так — вернулся.

— Пойдём, хозяин и гости тебя ждут.

Ира, подхватив свою ситару, шагнула к широко распахнутой двери, откуда доносились чуть приглушённые голоса.

Расчесывая перед сном влажные после омовения волосы, Егор, глядя на теперешнего себя в зеркале, устало размышлял. Будучи постоянно в напряжении, боясь сделать что-либо не так, ему хотелось хоть ненадолго забыть о происходящем. Поэтому он стал оттягивать перед зеркалом волосы назад, вверх, зачесывать их набок, оглядывая леди Мерил пристально и со всех сторон, придумывая какой бы образ он сотворил с ней там, на Земле — со всеми современными наворотами и технологичными приспособами. Погружаясь в мир искусства и фантазии, в привычный мир своей любимой работы, он видел эту даму в строгом деловом костюме, со стрижкой-каре, с завитыми волосами — ей бы очень пошел и мятного цвета костюм с белой блузой, и нюдовый макияж, и тонированные в холодные оттенки волосы. Но сейчас, в нынешних условиях, а проще говоря — совершенно без каких-либо условий — максимум, что он может ей, леди Мерил, позволить в изменении облика — это длина волос. И то не сразу. Быстрая череда слишком разительных изменений привлечет ненужное внимание, а об вездесущих грозных и страшных аконьерах, которых боялись все поголовно, он был наслышан даже больше, чем хотел.

Хватало пока и того, что леди Мерил стала значительно моложе. Привлекательный вид он будет придавать ей постепенно, и ни у кого не возникнет сомнений в его натуральной и естественной природе: на харчах да спокойной жизни у лавочника посвежела, решат люди. И он будет изо всех сил поддерживать и распространять этот слух через слуг, да и самого лавочника. Не хватало еще чтобы кто-то прознал про лупунку.

Естественно, что сегодня он не брал с собой ни мази, ни настойки с волшебной травой на продажу: они шли на разведку, этот день был познавательным, нужно было вначале осмотреться. Егор всегда придерживался правила — «Поспешишь — людей посмешишь» — что в работе, что в жизни. Надо было поспешать медленно.

Они с молодыми наследниками рода дю Лейт ван Аньерских сегодня устали и вымотались в полной мере. Одно дело быть дома в расслабляющей обстановке, и совсем другое — работать за еду, ежесекундно подавая пример, держа осанку, говоря слегка надменно, но мягко, жесты и те должны были быть отточенными и повелительными.

Работать с детьми было ужасно тяжело. Егору было с чем сравнить — свои подопечные в общении оказались просто ангелами во плоти, в отличие от детей лавочника. Если еще с утра он думал, что научить простушку Элизу следовать манерам не так уж и сложно, и месяца ему хватит, то к вечеру сильно разочаровался и понял, что пробить стену лбом будет проще, чем сделать из этой девушки слабое подобие очаровательной аристократки. Дело было даже не в том, что девушка не старалась. Она старалась, хоть у нее совершенно не получалось это делать легко, как у Элис дю Лейт ван Аньерской, получалось топорно и карикатурно. И если Элиза пыхтела, но повторяла раз за разом, то Маккей, поначалу с охотой ввязавшийся в обучение, вскоре утомился и пресытился всем этим. Да и отвыкли они от подчинения, взрослея без матери и присмотра, подростки привыкли к тому, что папенька им позволяет больше обычного и часто отсутствует. Ну и еще один фактор сыграл свою роль — они были как раз в том возрасте, когда проявлялся подростковый бунт.