Книга Лозоходец, страница 152 – Айлин Лин

— 可以繼續駕駛(kěyǐ jìxù jiàshǐ) – Можете проезжать, – так же хмуро сказал чинуша.

Мы прошли к машине, что одиноко стояла на нейтральной территории, в кабине царил настоящий бедлам, пограничники перерыли в наше отсутствие каждый свёрток и узелок.

— Это по какому праву? Разве так делается? – удивился я.

— Тише, – ответил Шен, – они здесь хозяева, забирайся в кабину.

Остатки наших продуктов, что мы купили по пути сюда, небрежно разбросанные, валялись на сиденьях и полу в пыли и грязи, половина просто растоптана. Я перегнулся назад и как мог навёл порядок. Уложил то, что ещё можно было спасти, остальное пришлось потом отдать бродячим собакам.

— Надо было прибрать всё получше, – посетовал я.

— Бесполезно, – махнул рукой Шен, – как я только не укладывал, всё равно разбросают, испортят.

— Так, хоть бы предупредил. Съесть надо было всё и много не покупать.

— Потому я и взял в два раза больше, чем нам надо, – хохотнул китаец, – дальше нескоро ещё деревеньки или город попадётся.

Вокруг и правда расстилалась иссушенная степь, с сухой травой, что трепетала на ветру.

А потом началось настоящее чудо: унылый пейзаж закончился, словно некая полоса отчуждения, и нашим глазам открылся совершенно другой вид.

Зелёные равнины, холмы, окутанные изумрудной вуалью лесов, вдали показались залитые водой рисовые поля, сияющие на солнце, как драгоценные камни среди нефритовой травы.

— Ух ты! – не сдержал я эмоций. – Красота-то какая!

— Да, – с гордостью подтвердил китаец, – здесь удивительная природа. Вот посмотришь дальше, то ли ещё будет. А в Чунцине, ущелья Санься – настоящее чудо природы, особенно по утрам, когда опускается туман и кажется, что попал в какую-то сказку. Чунцин называют городом туманов. Он находится на слиянии двух рек: Цзялинцзян и Янцзы. И хоть до океана далеко, но по праву считается настоящим портовым городом.

Чунцин разместился на холмах, на рассвете лучи солнца, тени, прячущиеся за пригорками, и облака тумана создают настоящие миражи. Зрелище, скажу я тебе. Будто попал в совершенно другой мир. Представь: Ещё темно и город, точно невесомым пуховым покрывалом окутан густым туманом, но вот из-за горизонта, точно огненные стрелы появляются первые лучи солнца, разрывая пелену, а внизу тёмно-синие сумерки прячутся у подножия холмов. Невероятное зрелище. Небо переливается розовым, золотым, пурпурным. В капельках тумана отражается солнце, преломляясь на все цвета радуги. Незабываемо!

— А ты слукавил насчёт родных лесов, – ухмыльнулся я, – описываешь Чунцин точно мужчина любимую женщину.

Шен расхохотался:

— Подловил! Да, Китай тоже стал близок мне. Когда мама привезла меня сюда впервые, мне было десять лет. И я каждое утро забирался на крышу, встречая рассвет, которого не видел нигде до этого.

— Теперь мне и самому не терпится глянуть на всё это, – улыбнулся я.

— Уже скоро, – довольно кивнул Шен.

— Zhàndòu! – Бой! – раздался крик рефери, и я встал на изготовку напротив высокого блёклого француза.

Софиты яркой нитью опоясывали зал, в котором сейчас было пусто. Это бой на право участвовать в поединках, не более. Подтверждение моей квалификации.

И я едва стою. Подстава от Шена. Тот солгал, что всё легально. Где-то оно так и было, но лишь наполовину. Наши соревнования одобрены властями, однако то, как мои противники используют запрещённые приёмы и «грязные» захваты, говорит о том, что это просто бои без правил.