Книга Синхронизация, страница 70 – Инна Ласточка

— Я не совсем буду за вашей спиной, но это детали… — она вспомнила новости со списком жертв, — погиб кто-нибудь из ваших знакомых?

— Да, — не задумываясь, ответил он, — Ванесса Маркес, эксперт по рунам и близкая подруга моей матери.

Нина покачала головой. Столько людей погибает ежегодно... как Человечество вообще умудрилось дожить до сегодняшнего дня?

— Нас так мало, — сказала она, — нас немыслимо мало для огромной галактики, я уж молчу про вселенную, а мы убиваем друг друга… ненавидим… это ужасно, — с каждой минутой жалость к Ричарду в сердце Нины росла, превращаясь в сочувствие и первую ступень доверия, ту отправную точку, после которой почти невозможно избавиться от предчувствия возникающей симпатии, — Не понимаю, почему это происходит...

— Кому-то очень не нравится текущее положение дел, но я не собираюсь с этим мириться, и будь то мой отец или ваша мать, для меня нет никакой разницы. Со всеми я поступаю так, как они того заслуживают.

Некоторые его слова претили любым её принципам, но она ухватилась за ниточку жалости в своём сердце и последовала за ней. Нина должна была вызвать у него доверие, но как вызвать истинное доверие, если сам не доверишься по-настоящему?

— Значит и с Антоном вы могли бы поступить так же? Зачем же тогда спасли?

— А разве я сказал, что наказание должно быть обязательно смертью? Никто не заслуживает смерти, тем более, как вы верно подметили, нас слишком мало в огромной вселенной. К тому же у Антона есть информация, ради которой он пожертвовал выполнением миссии. Я не говорил? Он солгал совету…

Нина не ответила, но сердце её болезненно вздрогнуло.

«Мы должны доверять друг другу», — подумала она, но так и не смогла убедить себя не обижаться. Антон рассказал ей о связях с Советом, но не сообщил о той миссии, не сообщил, что солгал. А ведь теперь, если последствия за это всё же будут, они коснуться и её. Она считала, что за время тренировок между ними сложилось хоть какое-то доверие, она чувствовала, что чип действительно связывает их, но не понимала, почему Антон вечно не договаривает, прерывает разговор на половине, уходит от темы... Может, он действительно тот, кому не стоит верить? А может ей и вовсе не стоит верить никому. Нина снова обернулась к сцене, подмечая, что столики опустели, и в зале они остались одни, а в следующую секунду отвлеклась на оповещение на планшете. Отец приглашал к себе.

— Который час? — Нина открыла настройку часов. — У меня что-то с часами.

Ричард взглянул на циферблат с ремешком из зелёной энергии, опутывающей запястье.

— Без четверти десять по времени «Авроры»… хотите уйти?

— Да. Отец зовёт в гости, нельзя заставлять его ждать.

— Хорошо. Я вас провожу?

Нина усмехнулась.

— У нас приказ. Вам придётся, — сказала она и добавила, отвернувшись в сторону, — кто бы мог подумать, меня провожает Командующий.

Они вышли из кафе. Ричард на шаг позади, чтобы иметь возможность смотреть на неё, она впереди, неуверенно, робко, ощущая себя донельзя странно. В Нине проснулось чувство симпатии, а следом и влечения к нему, чувства неестественные, неправильные — это не было связью, не шло изнутри, чувства окутывали её, витали неразличимо в воздухе. Но Нина и не подумала обвинить Ричарда, ведь за всю историю Космической станции никто, кроме неё, разумеется, не осваивал умения других рас, никто из людей не был настолько предрасположен, чтобы использовать чужие техники в совершенстве. Ко всему прочему, Нина была уверена — стоит ей заикнуться об этом, как добрая половина людей решит, что она просто перекладывает ответственность за свои чувства на другого.