Книга Кровь зимы, страница 74 – Екатерина Насута

— Подозреваете?

— Как и ты меня. И не только меня. Это, к слову, нормально. Это даже хорошо. Хоть чему-то тебя не придётся учить. Мы почти пришли.

Княгиня остановилась, то ли позволяя Кае отдышаться, то ли сама все же притомилась.

В Трущобах редко доживают до тридцати.

А сорок — и вовсе… сколько ей?

Сын её взрослый.

Внук вот тоже взрослый. А она не ушла, держится, стоит, разглядывает Каю с интересом.

— Эта лестница… — Кая задрала голову. Теперь, когда глаза привыкли к темноте, она могла разглядеть странное место получше. Впрочем, кроме лестницы смотреть было не на что. Ступени спиралью уходили вверх.

И вниз.

Они жались к краю башни, а в пустоте, опять же снизу вверх или сверху вниз, тянулись тугие струны.

Княгиня тоже задрала голову.

— Красиво, правда?

— Пожалуй, — согласилась Кая.

Свечение растекалось по камням лужами и лужицами, заполняло тонкие трещинки, складываясь узорами, порой поднималось на стены и даже расцветало причудливыми цветами.

— Как тебе здесь?

— Здесь?

— В данный момент. На лестнице, — княгиня осторожно коснулась стены. — Меня это место пугало… в доме моего первого мужа все было много проще. Волковы не из бояр, поэтому и порядки у них другие. Хотя домашних тоже представляли алтарю. Алтарь соединяет кровь, что увеличивает шанс детей родиться с правильным даром.

Её пальцы продолжали рисовать по камню, создавая престранный узор, в котором Кае хотелось увидеть смысл, но она понимала, что смысла нет.

— Но тот алтарь… другое. Совсем другое. Это как в храме. Статуи, обряды, приглашенный жрец… и ничего-то кроме. А здесь такое ощущение, что… что на тебя смотрят. Оценивают. И принимают решение. Я алтарю Скопиных не понравилась. Думаю, камень уже понял, что наша кровь не способна соединиться, хотя храм утверждал иное…

— Снова храм?

— Ты умная девочка… именно. Но брак был заключен. И благословение получено… хотя благословение — это вовсе не гарантия счастливого замужества, как и появления детей… и лучше узнать сейчас. Куда более надежный способ — проверить кровь претендента на алтаре рода. Не знаю, почему мой муж этого не сделал.

— Вы не спрашивали?

— Я не имела права задавать вопросы. Или, думаешь, я всегда была такой, как сейчас?

— Не знаю.

— Не была… после смерти Волкова я осталась молодой вдовой с ребенком на руках. А ещё долгами, обязательствами, которые при неисполнении порождали новые долги. И врагами, что не упустили бы случая урвать кусок. И потому, когда мне предложили новое замужество, а с ним и защиту для Волковых и сына, я недолго думала.

Странно.

Об этом Крыс не говорил. Хотя, Кая подозревала, что он очень о многом не говорил.

— Скопину, подозреваю, брак этот навязали. Он любил первую жену и согласился просто, чтобы не перечить князю из-за ерунды.

А это было ерундой?

— Вниз пойдешь сама, — Велислава Изяславовна отняла руку и посмотрела в пропасть. — Учти, это опасно. Смертельно. Ты можешь не справиться… я бы даже сказала, что шанс не справиться выше, чем справиться. Тебя ведь не учили, не объясняли, что делать. Я даже не уверена, что твой отец вовсе представлял тебя… мы не слишком ладили.

— Тоже подозревал вас в желании его убить? — не удержалась Кая. И тоже посмотрела. Впрочем, ничего, кроме черноты, не увидела.

— Излишняя прямота до добра не доводит. Но… нет, скорее они соперничали с Драгомиром. Один возраст. Сила, пусть не одна, но весьма схожей направленности. А Скопин был воином. Это тоже странно… Переплут не любит столкновений, а он вот… воином. И как все воины — человеком прямолинейным. Он ценил силу, а так уж вышло, что Драгомир был сильнее. И супруг не нашел ничего лучше, как ставить его в пример.