Книга Землянка для адмирала, страница 49 – Лия Валери, Ксения Старк

«Он жив» — эти два слова крутились в голове, как заезженная пластинка.

Я встала, начала шагать по камере — три шага вперёд, три назад. Стены давили, воздух казался густым, пропитанным неизвестностью.

«Эта девушка… У неё хвост».

Как у Саргона.

Как у того охотника.

Значит, мы попали к ним. К тем, кто одной расы с Саргоном. К тем, кого, скорее всего, предупредил охотник перед смертью.

Волны страха накатывали одна за другой. Не за себя. За него. Что они могли с ним сделать?

Я представила его — скованного, избитого, одного в такой же камере. Или хуже…

Нет.

Я резко встряхнула головой, сжимая кулаки.

«С ним всё хорошо. И в скором времени он придёт за мной. Я уверена».

Потому что это Саргон. Адмирал, который пообещал мне, что мы обязательно вернёмся.

«Я здесь», — его голос звучал в памяти так чётко, будто он стоял рядом.

«Он не сдаётся. И я не сдамся».

Я подошла к месту, где исчезала плазменная решётка, и прижала ладонь к невидимому барьеру.

— Ладно, — прошептала я. — Если вы думаете, что я просто буду сидеть и ждать…

Я оглядела камеру снова, уже не как испуганная пленница, а как инженер.

«Всё имеет слабые места. Всё».

Даже эта тюрьма. Даже они. А если Саргон здесь…

Я улыбнулась.

«Тогда вам уже не поздоровится».

(Саргон)

Что за черт…

Попытался пошевелиться — не вышло. Руки скованы наручниками, но не обычными — эти мерцали голубоватым светом.

Блокираторы.

Я лежал на холодном полу, вокруг — огромный зал с высокими сводами, освещенный призрачным синим светом. И они.

Глаза находящихся в этом зале, устремлённые на меня.

Такие же, как я.

Но в их взглядах не было ни радости, ни даже простого любопытства. Только холодная оценка. Как хищники, рассматривающие добычу перед тем, как разорвать.

Я оскалился, чувствуя, как клыки упираются в нижнюю губу.

Слабость разливалась по телу, но я сжал зубы и заставил себя подняться. Мышцы дрожали, голова кружилась, но я не мог оставаться на полу. Не перед ними.

Передо мной возвышалось два трона — массивные, высеченные из тёмного камня. На них сидели двое.

Мужчина и женщина.

Мужчина был высоким, с широкими плечами и резкими чертами лица. Его темные волосы были коротко подстрижены, а глаза — холодные, серые, без единого проблеска эмоции. На нем был черный боевой комбинезон с голубыми полосами по бокам, подчеркивающий его мощную фигуру. Хвост, толще и длиннее моего, лежал на подлокотнике трона, кончик слегка подрагивал.

Женщина рядом с ним выглядела стройной, почти хрупкой на его фоне, но в ее позе чувствовалась скрытая сила. Ее светлые волосы были собраны в тугой пучок, а глаза — такого же ледяного оттенка, как у мужчины. Она сидела прямо, пальцы с длинными острыми ногтями переплетены на коленях. Ее хвост, тоньше, но не менее опасный на вид, обвивался вокруг ножки трона.

Мужчина что-то сказал на своем языке — резко, отрывисто. Я не понял ни слова, но по тону было ясно: это не приветствие.

Потом он внезапно рявкнул что-то в сторону, швырнул на пол небольшое устройство — оно разлетелось на куски. Кто-то из стоявших рядом тут же подал ему другое. Он нацепил его на шею, щелкнул, и после этого я начал понимать, что он говорит.

Тишина в зале была настолько плотной, что казалось, даже воздух застыл. Я стоял, ощущая тяжесть каждого взгляда, впившегося в меня. Холодный металл наручников впивался в запястья, но боль была ничто по сравнению с яростью, кипящей внутри.