Книга Температура любви 29 градусов, страница 68 – Чихён Ли

«Я буду беречь их всю жизнь, это же твой подарок».

Бора долго плакала, обнимая кроссовки.

* * *

И вот снова наступило полнолуние.

Бора так и не появилась в мастерской Ханбита, который с нетерпением ее ждал. Он открывал мастерскую рано утром и не закрывал до позднего вечера. Ханбит даже оставался на выходные, надеясь, что девушка придет.

«Как она увидела мои глаза?»

Ханбит хотел, чтобы следующая встреча с незнакомкой случилась естественно, поэтому написал записку и терпеливо ждал. Но, если ничего не получится, у него не останется иного выбора. Ему придется использовать силу бога ночного света, чтобы заманить ее к себе.

В полнолуние народ ночного света мог приворожить любого человека, чтобы украсть у него понравившуюся обувь. Вот почему у Боры, не падкой на внешность, вдруг так забилось сердце при виде Ханбита.

Ханбит решил больше не ждать, пока девушка сама к нему придет. Оставалось последнее средство.

Сегодня вечером, когда взойдет полная луна, он сам пойдет к ней.

* * *

После ухода Ханбита Бора решила переехать.

Арендная плата за квартиру была высокой, поскольку она снимала жилье недалеко от работы в центре города. Сейчас ей и так нужно было найти квартиру подешевле, а ситуация с Ханбитом только добавила ей решимости. Девушка боялась, что он снова к ней придет. Бора целыми днями моталась по городу, осматривая квартиры. А когда поняла, что у нее закончились сбережения, побежала подавать заявление на пособие по безработице.

Чтобы не пришлось платить неустойку за переезд раньше срока, Бора искала новых арендаторов на свою прежнюю квартиру. Она согласовывала с ними даты переезда, ничем не выдав своего неудовольствия. Ночью в полнолуние она, изможденнная, уснула. И резко проснулась от звука шагов.

Посередине комнаты носками к ее кровати стояли кроссовки мамы. Как будто кто-то хотел подойти к ней и остановился.

«Не убегай», – сказали кроссовки.

Вскочив, Бора включила прикроватный светильник. Кроссовки исчезли, будто их и не было. Она кинулась к обувному шкафу. Кроссовки лежали на месте.

Зазвонил домофон.

«Нет, не может этого быть». Бору, потянувшуюся к домофону, трясло.

Конечно, там стоял Ханбит.

Бора нерешительно отступила от двери.

— Бора, это я. Откройте дверь, – услышала она мягкий голос.

Вдруг воздух вокруг девушки стал теплее, на нее снизошло умиротворение. Волнение и страх, в плену которых Бора была всего мгновение назад, растаяли, словно снег.

— Я считал с туфель ваши неудачи. Я отведу их от вас.

Поддавшись голосу, Бора открыла дверь в свою квартиру на верхнем этаже семиэтажного дома. В ночном небе за окном коридора висела полная луна.

И тут глаза Ханбита снова озарились голубым светом. Но на этот раз Бора не боялась. Ей казалось, что она вот-вот расплавится под их мягким сиянием. Девушка попала под влияние бога ночного света.

«Что со мной? Дыхание сбивается, а сердце вот-вот выпрыгнет из груди».

— Можно войти?

Бора с радостью пустила Ханбита в дом и, стоя у входной двери, молча глядела на него.

— Откуда вы узнали мое имя?

— Оно было на чеках от покупок.

— Вы прочитали воспоминания обуви?

— Я забираю с обуви людские несчастья. И ваши заберу, – шепнул ей на ухо Ханбит, обжигая девушку своим горячим дыханием.

— Какие несчастья? – спросила Бора, едва сдерживая отчаянное желание поцеловать его.