Книга Мы сегодня не умрем, приходи завтра, страница 124 – Саммер Холланд

— Так, – пытаюсь сообразить, как теперь поступить, я, – так, так, так. Ты позвала меня сегодня, потому что подумала, что я хочу с тобой переспать?

— Когда ты так говоришь, звучит… плохо, – неловко отвечает она.

Голова все еще не работает. Я с силой тру лицо, чтобы побыстрее прийти в себя, и нахожу взглядом лежащие на полу джинсы. Точно, нужно покурить: станет легче.

— Феликс, да что не так? – едва не плачет Лили, когда я начинаю одеваться.

— Давай покурим, – предлагаю я. – Надо остыть и поговорить.

Но как только поворачиваюсь обратно к ней, сидящей на своей узкой кровати, взгляд сам собой находит аккуратную грудь, и тело снова требует разрядки. Невозможно оставаться равнодушным, когда перед тобой настолько красивая девушка. Я поднимаю с пола свою футболку и сам надеваю ее на Лили.

Теперь, пока ткань закрывает все самое соблазнительное, я хотя бы смогу думать.

— На кухню, да? – вспоминаю я.

— Феликс, я ничего не понимаю.

— Я тоже. Но так мы с тобой далеко не уйдем… Так что сначала – серьезный разговор.

Когда она поднимается, футболка распрямляется, скрывая и бедра тоже. Слава богу. Нам все время говорят, что мы разумные существа с моралью и способностью самостоятельно принимать решения, но это все сказки. Лили умудряется за секунду превратить меня в обезьянку в кроссовках.

Едва выйдя на кухню, я подкуриваю сигарету сначала ей, а потом себе. Лили открывает окно, впускает в комнату прохладный ветерок, который немного остужает мое взмокшее тело, и забирается с ногами на подоконник.

Сделав глубокую затяжку, я чувствую, как голова становится чище.

— Я не спрашивал, потому что думал, это не очень важно, – произношу в полной тишине. – Но теперь мне кажется, у тебя в Шеффилде с тем парнем произошло что-то плохое.

— И поэтому ты не хочешь со мной спать?

Странный высокий смех, который вырывается против моей воли, должен сказать все за меня, но Лили только выглядит еще более напуганной.

— Давай договоримся, – медленно подбираю слова я. – Мы же честно разговариваем?

— Д-да… Почему ты спрашиваешь?

— Ты позвала сегодня, потому что хочешь меня или потому что тебе кажется, что ты должна это делать?

Глаза у Лили становятся огромными, кроме них на лице не остается других черт. Она начинает мелко дрожать, и я делаю шаг вперед, чтобы ее успокоить, но как только ее голые ноги касаются моего торса, приходится остановиться.

— Мне не так важен секс, как взаимное желание, – пробую объяснить я. – Но сейчас кажется, что ты думаешь совсем не о том, чего хочешь.

— Какая разница? – вдруг отвечает она. – Мне нравилось то, что ты со мной делал.

— Но?

— Нет никакого но.

— Лили, – с укором смотрю ей в глаза я.

— Не заставляй меня отвечать, – просит она. – Это… еще хуже, чем секс.

На долгую минуту я теряю дар речи и застываю с тлеющей сигаретой в руке, пытаясь осознать услышанное. Да что там за дебил с ней был в Шеффилде? Что такого надо было сделать, чтобы испортить девчонке все, связанное с удовольствием?

Судя по панике в ее глазах, там был не только тупой развод с «вредно не трахаться, когда член встает». Кто-то внушил ей, что секс – это обязанность. Мол, нужно «дать то, что от тебя ждут». От одной мысли у меня самого пропадает все возбуждение, и его заменяет белая ослепляющая ярость.