Книга Мы сегодня не умрем, приходи завтра, страница 178 – Саммер Холланд

Но наша тихая скромница Люси отказывается даже смотреть на парня, который, не задав ни одного вопроса, решил ее главную проблему с отцом, подарил ей садовый нож и каждый раз, стоит ей появиться на горизонте, готов бросить все, чем занимается, чтобы просто с ней поздороваться.

Ухаживания Тристана как минимум достойны уважения. А Люси их ненавидит. Никогда ее не пойму.

Парк – очень громкое название для этого места. Я бы назвала его «полянка с пролеском Холбек» или если преувеличивать, то «сквер Холбек», но не больше. Пока мы идем по самому его краю, Ламия почему-то напряженно вглядывается вдаль, вытягивая шею.

— Что не так? – спрашиваю я.

— В прошлый раз здесь дежурил один из ямайцев.

— Это когда вы впервые поцеловались? – оборачивается Люси.

— Да. Только тихо: нам нужно пройти незаметно.

Мы проходим почти весь парк спокойно, но уже когда подступаем к лестнице, ведущей к «Макдоналдсу», Ламия вдруг замирает, поднимается на цыпочки, вытягивая шею как может, и тут же толкает меня в спину.

— Вперед, быстро! – командует она.

Без лишних вопросов мы сбегаем вниз и запрыгиваем в плотные заросли калины, с трудом протискиваясь внутрь. Спасибо Ламии, что заставила надеть футболку… А вот платью Люси я бы сейчас не позавидовала.

Я не сразу понимаю, в чем проблема, но через несколько минут ответ находит нас сам.

— А чо Малик-то подпрыгивает? – раздается веселый голос Дре. – Лежит оно и лежит, от того, что мы на него смотрим, оно сильнее не блестит.

— Тебе какое дело? – отвечает ему второй, спокойный и ровный голос. – Сказали сходить проверить – иди и проверь.

Они спускаются по тем же ступенькам, что и мы. У меня внутри что-то обрывается, а сердце даже немного покалывает. Я не шевелюсь, но Ламия рядом сжимает мне руку, не давая паниковать слишком сильно.

— Не люблю я бессмысленную работу. Ну кто знает из этих дебилов, где мы его спрятали? Или мы пацанам не доверяем?

— Тебе знать не положено, – так же без эмоций отвечает второй.

— При этом я не ел с самого утра! Как собачка у Малика, а собак хотя бы кормят. Кило, миленький, давай забежим в «Макдоналдс»? Я очень быстро ем!

— У нас еще куча дел.

— Именно! Столько работы, а я голодный. А я тебе говорил, что, когда голодный, не могу даже подпрыгнуть? Мне нужна сила. Что дает силу? Чизбургер!

— Сделай ебало на ноль, а.

— Знаешь, как меня заткнуть? Дай мне еды. Пока жую, я не разговариваю, клянусь!

Шаги затихают недалеко от нас. Я задерживаю дыхание и стараюсь превратиться в камень и не шевелиться. Как назло, нос начинает чесаться так, будто с него вот-вот слезет кожа. Это невыносимое ощущение с каждой секундой только растет, расползается по лицу, вспыхивает очагами по всему телу.

К моменту, когда человек по имени Кило начинает снова говорить, я едва не плачу от невозможности почесаться.

— Зайдем в «Макдоналдс». Полчаса на все про все. Если не доешь за это время, я запихну остатки тебе в задницу.

— Кило! Роднулечка! Ты самый лучший.

Шаги Дре превращаются в прыжки и быстро удаляются. Впрочем, Кило тоже не задерживается. Я выдыхаю и хватаюсь за свой несчастный нос, яростно царапая его короткими ногтями.

— Лили, – шепчет Люси. – Обернись.

Да что еще-то? Я разворачиваюсь назад и понимаю, что мы неплохо срезали путь. За кустами калины широкое пустое пространство, в котором мы не заняли и четверти, зато дальше – несколько высоких деревьев. Мы словно застряли между двумя кварталами – жилым и торговым. В жилом царствует красота, воплощенная в густо высаженной калине, в торговом же – чистая функциональность.