Книга Мы сегодня не умрем, приходи завтра, страница 48 – Саммер Холланд

Их загадочный разговор оставляет больше вопросов, чем ответов, но я не решаюсь ни о чем спрашивать. Вернее, не знаю, как начать. Вчера, стоило мне заговорить, Феликс отшатнулся и тут же закрылся.

Что поменялось за ночь? Он принял решение, о котором забыл мне сообщить? Почему вчера нельзя было даже знать о его профессии, а сегодня он сначала предложил встречаться, а потом и вовсе познакомил с лучшим другом?

А парни еще обвиняют девушек в отсутствии логики! Если посмотреть на Феликса, сложно увидеть связь между словами и действиями. И даже в том, что он говорит, ее немного!

Постепенно плечи Мура расслабляются, будто новость о том, что скоро он сможет встретить Мику, решает какую-то проблему. Теперь я набираюсь смелости рассмотреть его. Черная густая щетина, миндалевидные глаза с радужкой темного, почти черного цвета, длинный нос с едва заметной горбинкой. Но главную роль, конечно, играют огромные оттопыренные уши-локаторы.

Они с Феликсом мало похожи: хоть и оба высокие, спортивные, но даже выражения лиц у них абсолютно разные. Мур, как только перестает беспокоиться о своем свидании, расплывается в добродушной улыбке, а вот Феликс остается серьезным – я вижу его в боковом зеркале.

У моего нового парня зеленые глаза, которые выглядят холодными, пока он не смотрит на меня. Значит ли это, что я вызываю у него какие-то особенные чувства? Не знаю. Пока ясно одно: я только что начала встречаться с главным бандитом района.

Забавно.

Стоит моим мыслям снова панически метнуться в сторону осознания, на что именно я согласилась, Мур вырывает меня из них.

— У нас тихо, как на похоронах, – говорит он и тянется к кассетнику. – Фел, твоя очередь подпевать.

— Осторожнее с этим, – спокойно предупреждает тот. – У Лили тонкий музыкальный вкус, если включишь не то, она подумает, что ты дебил.

— Так это не новость, – легко откликается Мур. – Тренер Фентон, помнишь, что говорил?

— Он много чего говорил.

— Нет, это я лучше всех запомнил. «Мурти, не думай головой, она у тебя тупая и пустая. Думай ногами, хоть они не подводят».

Я невольно смеюсь этой шутке, потому что давно не слышала ничего более уморительного. Машина моментально затихает, и теперь в ней раздается только мой смех. Что случилось?

Мур снова внимательно оглядывает меня в зеркало. Я закрываю рот, думая, что сделала что-то не то. Нельзя смеяться над оскорбительными шутками, что ли?

— Начинаю понимать, как именно ты привлекла Фела, – широко улыбается Мур.

— Что не так?

— Нет-нет. Все прекрасно. В общем, Лили, я включаю музыку, но ты знай, что я дебил и без нее.

Из колонок звучит Nirvana, а взгляд Мура все еще прикован не к дороге, а ко мне. Это не опасно?

— Ну что?

— Не дебил, – сообщаю я.

Конечно, очень популярные рок-мальчики не совсем мое, но они хотя бы не притворяются супергероями или парнями из мелодрам. Ладно, нет смысла принижать их достоинства: Nirvana – хорошая музыка.

— Это он перед тобой так, – тут же сообщает Феликс. – А как поедет домой, будет плакать под песню из «Титаника».

— Врешь, – легко толкает его Мур. – Я никогда под нее не плакал!

— Я сам видел! Все лицо зареванное! И ты подвывал!

— Ничего ты не видел, у самого пелена слез стояла!

Феликс пихает Мура в плечо, и тот невозмутимо хватает лучшего друга за ухо. И все это на полной скорости! Теперь понятно, откуда на машине вмятины.