Книга Мы сегодня не умрем, приходи завтра, страница 93 – Саммер Холланд

Взглядом я нахожу Джея, который лежит на диване в углу в позе эмбриона, зажимая ногу пальцами.

— Ты как? – подхожу я. – Жить будешь?

— Кровь течет, – жалобно отвечает Джей. – Не останавливается.

Я ведь сказал… Быстро оглядываюсь в полутьме и нахожу фигуру Маккормака. Тристана не видно.

— Мак!

— Что? – отрывается тот от какого-то комода.

— Дай сюда ремень. И какого хера вы делаете вообще? Кем! Подержи Джея.

— Что?! – выглядывает из кухни Кемал.

— Почему никто, блядь, не занялся его ногой?!

Мак будто просыпается: он молниеносно вытаскивает ремень из джинсов, оказываясь рядом с нами. Кемал помогает мне вытянуть ногу, но вокруг ни хера не видно.

— Здесь есть хоть одна лампочка?!

В эту же секунду наверху включается свет.

— Чего орешь? – непонимающе спрашивает Тристан.

— Мур приехал?

— Нет еще.

— Тогда заткни… – Я прикусываю язык. – Выйди на задний двор, там работа для тебя.

Длинная рана через все бедро – готов поспорить, что от мачете, – выглядит довольно глубокой, но не самой страшной. Кровь течет темная, и это очень хороший знак.

Мое сознание снова входит в боевой режим: на автомате скручиваю ремень, который протянул мне Мак, в тугой жгут и прикладываю прямо поверх раны, придерживая за концы.

Джей воет от боли сквозь зубы, но ему придется потерпеть.

— Сейчас остановится, – тихо пытаюсь успокоить его я. – Кем…

Тот не задает вопросов: прижимает жгут коленом, и я вспоминаю, что однажды мы уже это делали, с Тристаном. Теперь нужна какая-нибудь ткань.

Я оглядываюсь по сторонам, но это сраный грязный притон, и тут даже к ебучему дивану не стоило бы прикасаться. Идея приходит сама собой: скидываю кожанку, стаскиваю футболку через голову и возвращаю куртку на голое тело. Точно не замерзну.

— Держи еще, – приказываю я Кемалу.

Швы с треском разваливаются – правильно говорят, в Англии больше не умеют шить, – и футболка в несколько движений превращается в тканевые полосы, которые я повязываю вокруг ремня.

— Все, – обещаю я Джею. – Больше не будет течь.

Тот вздыхает, очки разъезжаются: дужка треснула. Но главное – выживет.

— Мы пока тут поработаем, – объясняю я, – сейчас приедет Мур и отвезет тебя в больницу. Мак, последи…

— Да, – перебивает тот.

Надеясь, что Тристан смог пролезть в кабинет, я возвращаюсь на кухню. Со двора доносится голос Роба:

— У тебя нет такой жопы, чтобы она где-то застряла. Полезай и не пизди.

Ну, будем считать, почти. Я не хочу вмешиваться и подожду здесь, недалеко от двери, пока Тристан ее откроет.

Спасибо футболу, что научил играть за защитника: я точно знаю, что не стоит всей толпой нестись за мячом, а вместо этого нужно понимать свою зону и роль. Прямо сейчас Тристана подбодряет Роб. И судя по тому, что за дверью кабинета снова слышится шум, Роб не так уж плохо справляется.

— Твою мать! – раздается знакомый звонкий голос.

— Открой дверь, – кричу я в ответ.

— Тут замок непонятный.

— Разбирайся.

Лязг, потом еще раз… Я отхожу подальше, напряженно жду, когда дверь поддастся, но стоит ей наконец приоткрыться, едва не пропускаю странный шум у себя за спиной.

— Сука, – шипит позади меня, совсем рядом, Сэм.

Тут же повернувшись, я замечаю, как лезвие все того же проклятого ножа снова направляется к моему животу. Одно и то же движение, будто Сэм знает только его.