Книга Всё будет по-моему! Часть 14, страница 81 – Wing-Span

Это из-за того, что он не настолько злодей, как Гоб? Вовсе нет. Может, на поверхности это и выглядит так, но внутри он даже хуже. Или это потому, что он уже был у неё первым, а значит, второй раз как будто бы «не считается»? Абсурд! Одно зло не оправдывает второе. Отнюдь повторение преступления — признак ещё большего зла.

А может, всё из-за мнимой надежды, что он сдержит своё слово и сделает её своей женщиной, независимо от её мнения? Ведь в таком случае она сможет забыть тот их тёмный эпизод из жизни, законно назвав его «неудачное знакомство со своим мужем». Тоже нет! Как она может хотеть быть женщиной мерзавца и насильника? Это будет хуже пытки! Лучше отправиться в тюрьму. Там хотя бы не придётся с ним спать.

Все эти мысли лишь промелькнули в голове Серафимы и вытеснились безумным, необузданным желанием секса, когда парень подошёл к ней на расстояние вытянутой руки. В эту секунду девушка видела в нём уже не личность, а сочный кусок мяса, который утолит её безумный сексуальный голод… Шторки опустились. Блондинка прыгнула на красавчика и обняла его руками и ногами, слившись с ним в страстном поцелуе.

Зрители разинули рты, задыхаясь от зависти и ярости. Амир чуть не захлебнулся слюной. Он барахтался как селёдка, выброшенная на сушу. Его госпожу сейчас лишат невинности… И сделает это презренный человек, который обманом отнял её у него!

Грядущим сексом Кён преследовал несколько целей. Одна из них, разумеется, исцелить Серафиму. Вторая — выкачать из светлых, в частности Амира, тёмные эмоции. Ядро Пустоты обожает ревность и зависть. Третья — ключевая и самая главная. Пожалуй, даже если бы девушку не отравили, ради третьей цели с ней пришлось бы переспать, потому что она позволит сбежать от Гоба и спасти всех, кто тут заперт.

(18+*)

Кён не мог насытиться сладким вкусом и ароматом Серафимы. Он понёс её в палатку, создал кровать и попытался уложить на неё пылающую жаром леди, но безуспешно. Она противилась всеми силами, отказываясь становиться в слабую позицию. В итоге оба нашли компромисс: легли набок, продолжая обниматься и целоваться.

Руки Серафимы блуждали по спине… Она жадно щупала талию и задницу парня, не в силах насытиться его филейной частью. Кён не отставал. Однако стоило ему спуститься по тонкой талии к попке, как он услышал звук рвущейся ткани и холодок в промежности, а затем его мошонку безжалостно смяли.

Кён издал стон. С силами Серафимы она не могла причинить ему боль, но своими нежными ручками она делала ему очень приятно. Такой массаж многим пришёлся бы по вкусу. Впрочем, то, с какой яростью она их «массировала», вызывало холодок внутри. Не потеряй она свою силу, несомненно раздавила бы их всмятку!

«Полегче, птичка… Хах!» — Кён сразу пожалел, что назвал Серафиму птичкой — она оттянула его мошонку с такой силой, что даже член выгнулся назад. Видимо, это прозвище для неё стало болезненным из-за обзывательств сестры «курица».

Свободной ручкой красавица обхватила член, словно хвостик за спиной, и принялась яростно дрочить, отчего парень застонал от удовольствия. Этот горячий пульсирующий стержень в руках сносил девушке крышу. У неё нутро содрогалось от мысли, что она засунет его в свою умирающую от голода киску.

Кён тем временем всё-таки опустил руки и залез Серафиме под юбочку… И обхватил её упругую попку в трусиках. Даже не трогая её промежность, он ощущал, как там всё влажно и горячо. Каждое его движение вызывало судорожную реакцию блондинки.