Книга Тринадцатая, страница 50 – Клава Юхонька

— Ну я не специалист в таких вопросах, но исходя из той базы, что я владею, относительно оберегов и прочей чепухи, точно нет. Амулет работает и считывает информацию, что пишет на его жесткий диск хозяйка, только в вертикальном положении, не имея под собой опоры. Но то, что записано, стереть невозможно, ты не прикажешь ему больше не впускать сюда Лиллю. Поэтому тебе надо сделать 2 вещи: создать новый, и обезопасить это место, не приглашая никого, в ком ты не уверена.

— Например тебя и твоего сумасшедшего брата, что испугал меня до жути? Честное слово, даже не знаю кого я боюсь больше: его или эту белобрысую вертихвостку.

— Блин, Вика, я спасал тебя хренову тучу раз. Ты засыпала у меня на руках и проснулась, прошу заметить голова на месте. Если бы мы хотели тебя убить, то сделали это не рассказывая о мире магии, просто перенесли в жерло вулкана и бросили погибать. Да, есть спорные моменты, но что касается вопроса твоей безопасности тут сомневаться не стоит. Можешь обвешаться этими амулетами, уверен есть такой, что будет выстраивать защитный барьер, красуясь на твоей шее, оберегая от любого прикосновения.

Не знаю с чего такая вспышка агрессии, но ее недоверие в мой адрес задевало. Неужели я не доказал ей безопасности моих объятий. Очередное чертово подтверждение того, что гасить надо чувства, что зарождаются во мне.

Даже если я сейчас расскажу ей всю правду, это не изменит ничего! Только больше усугубит дело!

— Почему я до сих пор чувствую твои прикосновения? — Не позволив мне шагнуть за дверь, вдруг резко изменилась в голосе Ви.

Еще одна ловушка, даже страшно представить как она отреагирует на то, что стоило сказать еще в начале, когда мы уравновешивали ее силу вместе с Мишей.

— Я тоже это чувствую, это неотъемлемая часть любой парной магии, от того и результат превосходит одиночное колдовство. Ты делишься своими силами, позволяя напарнику удвоить свою мощь, разбавить новой кровью. Но вместе с этим ты позволяешь просочиться и тому, что формирует тебя как человека: мысли, эмоции, чувства и даже ощущения. Это проходит, забывается, растворяется. К утру перестанет терзать это навязчивое чувство моей важности, не переживай.

Облокотившись на дверной проем я замер, ожидая реакции. Уголки ее губ то сжимались, превращая их в бант, то расслаблялись, мешая считать эмоции. Глаза бегали по комнате, и ни на секунду не останавливались на мне. Понять, боялась посмотреть мне в глаза или не хотела, было невозможно.

Она не так примитивна, скорее загадочна и непредсказуема. Не могу понять, что именно в ней цепляет, типаж не мой, характер дрянь, да и положение… Магнит на беды. Очевидно, что ее дар на черном рынке магии бесценен, многие готовы биться на смерть за такое сокровище.

— Ты ведь врешь, пытаясь зациклить мое сознание на твоем безразличии, я чувствую, тебе важно добиться моего доверия, только вот беда в том, что причина не в симпатии, как ты глупо предполагаешь, а в истинной цели, что вы преследуете с той минуты, как сел в самолет с Крис.

— Ты даже не представляешь насколько ошибаешься, ведьмочка, — воспользовавшись тем приемом, что заставил сердечко трепыхаться, я приподнял ее подбородок, вынуждая взглянуть мне в глаза.

По спине пробежало несколько капель пота, легкое раздражение, ее стеклянный взгляд словно проецировал холод души. Такая вся неприступная, хотя по факту тупая недоведьма, еще и осмелевшая, стоит ей напомнить, что перед ней не мальчишка.