Книга Лжец. Вернуть Любовь, страница 18 – Яна Декс

Поэтому я забежала в дом и тут же поспешила к маме.

— Мам, — взволнованно проговорила я. — Там папа… Давай соседям позвоним. Я боюсь за него.

— Побудь с Ромочкой, — сказала мама и такая же взволнованная поспешила в дом.

Однако Ромка был занят ковырянием лопаткой в земле. Он строил ров для только что сооруженного замка, поэтому не заметил наших волнений. Поэтому я осторожно улизнула к воротам как раз к тому месту, где с обратной стороны беседовали папа и Ильяс.

Я не хотела подслушивать. И также не хотела убедиться в том, что Ильяс хуже, чем я о нем думаю. Я была уверена, что он пропустит грубость, мат и оскорбление в адрес моего папы. Но все же я хотела это услышать. Хотела увидеть всю правду. Если он это скажет, то навсегда разрушит счастливое прошлое, которое действительно у нас было. Но лучше сразу все понять, чем питать последние крохи иллюзии.

— Дядь Саш, лучше не встревайте, — рыкнул я, с трудом сдерживая нецензурные слова.

— Что ж, — вздохнул он, — я рад, что ты все еще держишь себя в руках. «Не встрять» как ты выразился, я не могу. Попробуй представить, что твоему Ромке будет кто-то угрожать расправой. Как? Приятно такое почувствовать? Дашенька — моя дочь, и я в любом ее возрасте чувствую что должен вступиться за нее.

— Все равно, — сквозь зубы процедил я. — Я не разрешаю ей уйти! Я заберу ее! Верну домой.

— И что дальше? — абсолютно спокойно продолжал мужчина. — Думаешь, сможешь ее вернуть насильно? Да ты последние мосты сожжешь. Дашенька не будет тебя терпеть из-за денег или статуса. Если она тебя разлюбит, то ты ничем ее не удержишь.

Я свирепо прошелся, борясь с отчаянным желанием вмазать кулаком по воротам.

Аристократка, хренова! Еще и нос от меня воротит! Почему я не влюбился в обычную шкуру? Такая бы терпела все ради денег! Но нет. Понесло меня на эту нищую интеллигенцию! Вот на хрен она мне сдалась? Еще и поучают! Бесит!

Но я как последний мазохист слушал дядю Сашу и каким-то чудом сдерживал свой гнев хотя бы внешне.

— Заметь: я сказал «если разлюбит», — продолжал он. — У тебя все еще есть шанс. Докажи ей, что ты взрослый зрелый мужчина, который способен взять под контроль свою жизнь и жизнь своих близких. Что ты можешь о них позаботиться. Что можешь быть верным и честным.

Какая на хрен честность?! Он серьезно?! Думает, мир держится на честности?!

Но я по-прежнему ничего не мог возразить Дашкиному отцу. Да, я уважал его, но все же даже своему отцу я бы так нагрубил, что в моей речи не было бы ни одного нормального слова. А с дядей Сашей я почему-то всегда держался.

— Это все пережитки прошлого, — я не хотел с ним соглашаться. — Сейчас никому не нужна честность. Думаете, если бы я все Дашке… ну в смысле Даше говорил бы, то ей было бы легче от моей честности?

— А что, например ты хочешь и дальше от нее скрывать? — спросил мужчина.

— Ну как что? Все! — меня бесил разговор дальше некуда. — Вот спросит она меня как день прошел, а я ей все вывалю? Того послал, того загасил, там кому-то кислород перекрыл. Я ведь не святой. И чтобы быть на вершине приходиться вести нечестную игру!

— Причем здесь работа, — он пожал плечами. — Ты будь с ней честен в своем отношении к ней и к своему ребенку. Ведь случись что, у тебя останутся только они. Даша бы никогда не бросила тебя, если бы у тебя было что-то по здоровью, или тебе бы грозило полное банкротство. Ей нужны только твое внимание и любовь. Будь честен в отношении к ней.