Книга Дурочка деревенская, страница 75 – Виолетта Иванова

Олег только покачал головой.

— Почему они так уперлись в мой брак с Иркой?

— Потому что через него хотят получить наш бизнес. Им нужен ребенок, который получит все. Сын, будь осторожен. Ключ не привык сдаваться. В нем до сих пор живут замашки урки из девяностых, который не любит слышать слово «нет».

— А чем он там угрожал нам? Что может ментам сообщить?

— Да ничего не может, ты сам знаешь — после Долгова я чист. Ни одной кривой сделки, ничего криминального за мной нет. А вот у меня на него уже столько накопилось, что мало не покажется.

— А губернатор его не прикроет? Ведь они дружили.

— Дружили, — кивнул Виталий. — Но после последних выборов и если губернатору подать правильную информацию, думаю, что он не захочет, чтобы его имя упоминали рядом с криминалом. Тем более, что он очень захочет отыграться за все то, что вываливал на него Ключников.

— Откажется?

— Сто процентов.

* * *

Ирина пошла по стопам бывшей жены Олега — дала огромное интервью желтой прессе, в которой в красках рассказывала, как подверглась насилию со стороны Проскурина-младшего, как он отказался от нее, когда узнал, что она забеременела. Она с удовольствием позировала перед камерами, убитая горем, демонстрировала какие-то снимки УЗИ, заключения экспертов. Игорь не отставал от дочери, в городской газете дал интервью о том, какой Виталий Проскурин нечестный и ненадежный партнер. В статье было много «воды» и ни слова правды.

Вечером, в день, когда вышла эта статья, в офис Проскуриных приехал Красильников.

— Виталий Викторович, не кажется ли Вам, что пора заканчивать с этим Ключниковым?

— Давно пора. Тем более, что у меня в руках люди Игореши, которые пытались вытащить из болота инкассаторскую машину с трупами внутри. Сам Ключников пока об этом не знает, но нужным людям я уже сообщил об этом.

— Хорошо, — мужчина кивнул головой. — Прошу, будьте осторожны. Мне кажется, что он готов на все.

Они обсудили все вопросы, потом Красильников уехал. Было уже поздно, за окном плыли вечерние сумерки. Олег собрался домой.

— Ты поезжай, я еще задержусь, мне надо поговорить еще кое с кем, — сказал Виктор. — Будь осторожен.

Олег кивнул, вышел из кабинета отца, прошел к себе, собрался, накинул плащ, позвонил своей охране, сказал, что уже спускается к машине. Ощущение какой-то беды упало на плечи мягко, как пуховый платок, его чуйка кричала — будь осторожен. Олег вышел из кабинета, попрощался с Мариной, которая дожидалась, когда ее отпустит Проскурин-старший, и направился к своей машине, которая стояла на подземной парковке. Там, в своей машине его всегда ожидали охранники, которые должны были следовать за ним повсюду. Лампа при выходе на парковку не горела, и стоянка находилась в полутьме. Машин осталось мало — его, охраны, отца и еще четыре машины сотрудников. Фары охранной машины были включены, движок работал. По привычке он, проходя к своей машине, стукнул костяшками пальцев в тонированное стекло машины охраны, что готов ехать, подошел к своей. Олег не успел открыть дверцу, как на его голову обрушился сильный удар. Он покачнулся и провалился в темноту.

* * *

Очнулся в каком-то помещении — простой бетонной коробке примерно 3×3 метра без окон, с одной металлической дверью. Под потолком светила тусклая лампочка, забранная под решетку из толстых прутьев. Он валялся на полу у одной из стен. Голова болела, тело замерзло, его сразу же начал бить озноб. Под головой расползлась небольшая лужа крови. Голова разрывалась от боли на части, в горле стояла тошнота, в глазах стоял туман, в теле жуткая слабость. Олег простонал, попытался подняться, но накатила дикая тошнота и он снова отключился.