Книга Бесспорно, твое сердце будет моим, страница 19 – Яна Ланская

прекрасно. Попадание в самое сердце.

Девочки сейчас обомлеют, записываю лобби подъезда им и сама до конца не могу поверить в

происходящее. На всякий случай себя щипаю и убеждаюсь, что не сплю. А может, у меня уже

крыша поехала?

Да уж, не пошёл в кино и устроил у меня бал сатаны дома.

«Охренеть у тебя подъезд. Теперь всё выглядит ещё круче! Туда же надо ещё как-то

попасть! Это вам не хрущевка, представляете масштаб? Петя, я навеки твоя!»

Чат в шоке. Никто не ожидал такого…

Поднимаюсь обратно, отсняв десятки видео.

— Петь, я в шоке! Невозможно красиво! Спасибо! — Отправляю на каком-то эмоциональном

воодушевленном порыве.

В квартиру захожу оглушённая и пришибленная от своих впечатлений, эмоций и противоречий.

Мне действительно кажется, что я сошла с ума. Это слишком круто, чтобы быть правдой!

— Ну чего? — Спрашивает Лиза из гостиной.

— Я в шоке! Очень круто!

— До обеда полюбуйся, в чате тоже все в шоке. Управляющая компания даже не согласовала с

нами это уродство. Извините, мы зачем им платим, чтобы за собственные деньги портить себе

настроение?

— Этот декор управляющая компания сделала?

— А кто ещё? — Смотрит на меня Лиза, как на идиотку. — Какие-то флауэр этуаль нам постоянно

украшают подъезд. Но всегда были красивые сдержанные композиции, а не это! Нам эта бесовщина

хэллоуинская не нужна!

Я стою как вкопанная. В ушах звенит. Вся пьянящая романтика, весь восторг и возбуждение —

всё это мгновенно выветривается, оставляя после себя горький, едкий осадок глупости.

Он не был здесь ради меня. Это была не романтичная настойчивость, не отчаянный красивый

жест. Это... совпадение. Жестокое, унизительное совпадение. Вот и его униформа. Не костюм

сталкера, а костюм доставщика! И в кино пойти не мог, потому что работает!

Ещё и поблагодарила его… Невозможно красивый рэшгард, ага. Спасибо за фото! Господи, какая

я убогая!

Я медленно поднимаю телефон и смотрю на чат, где подписчицы всё ещё строят теории о его

помутнении рассудка. Мне хочется сквозь землю провалиться.

И тут приходит новое сообщение. От него. От Кейла.

Я открываю его, уже зная, что сейчас увижу насмешку. Но там всего несколько слов:

«Восемнадцать сорок пять. Художественный. Завтра»

Он неосознанно дал мне сначала почувствовать себя героиней романа, потом — полной дурой, и

вот теперь — снова предлагает войти в эту игру.

И самое ужасное... Я всё ещё хочу в неё играть.

— Сонь, да я как педик! — Поверить не могу, что этот ушлепан в зеркале — я.

— Казановский, тебе идёт! Сразу видно, какие у тебя ноги длинные, попа такая

хорошая! — Пытается Соня внушить мне, что я типа ничего в этих скинни-джинсах. Ещё и с

разрезами на коленках.

— Я чувствую себя пикми боем! — Дальше сопротивляюсь.

— Казановский, всё! Ты такой нытик! Как бы мы тебя ни одели, ты антисекс! В мужчине

важна харизма. Вот Руся — агли-хот, а тебя твоя внешность не спасает. Теперь я понимаю,

почему Геле ты надоел. Ты как пмсная баба триста шестьдесят пять на семь. У тебя нет шансов

с Машей, отдавай часы и всё! — Протягивает Соня руку и подгоняет, чтобы я снял часы.

— Я понял, — бросаю ей и возвращаюсь в примерочную. Выхожу оттуда с черными

педиковатыми джинсами и брюками карго, — на кассе возьму себе этих уебанских обтягивающих

футболок. И знаешь что? Я попрошу своего барбера меня покрасить в чёрный! Никаких часов