Книга Наследники для миллиардера, или Босс, ты попал!, страница 23 – Маргарита Солоницкая

«Мой лев», — снова возникла в голове эта фраза и я улыбнулась. Ну каким был Ник, таким и остался. Ничего не изменилось.

— Ты совсем уже, урод? — неугомонный придурок попытался подняться. Из-за чего у него из носа хлынула кровь. — Ты мне нос сломал! Я тебя засужу!

— Так, что здесь происходит? — к нам уже сквозь толпу несся Николай Сергеевич, начальник СБ.

— Я тебя засужу! — снова завопил придурок и, наконец, поднялся.

— Тебе жизнь надоела? — прорычал Никита и сделал шаг к придурку. С явным намерением добавить еще. Чтобы этот придурок больше не встал.

— СТОП! — поставив чашки на ближайший столик, кинулась к Никите и положила ему ладонь на грудь. Прекрасно знала, как на него это действует. Что собственно и произошло. Никита накрыл мою руку своей широкой ладонью и шумной вдохнул. А потом холодно поинтересовался:

— Это кто вообще?

— Никита Сергеевич, прошу прощения, это мой сын! — взволнованно сообщил Станислав Викторович и посмотрел на сына с такой яростью, что я даже разволновалась. Немножко, за этого самого сыночка. Самую капельку. Да потому что таким взглядом убивают. Видимо это было последняя капля в чашу терпения Станислава Викторовича.

— Что здесь происходит? — повторил вопрос Николай Сергеевич.

— А то и происходит, что к нам в компанию попадают невесть кто, — ледяным тоном сообщил босс и посмотрел на начальника СБ. — Между прочим, это в вашей компетенции, чтобы подобные к нам не попадали.

— Прошу прощения… — начал Николай Сергеевич.

— Минус премия! — сухо сообщил Никита. — Этот… уволен. Да и вы тоже уволены: — А вот это уже относилось к Станиславу Викторовичу.

«Ну все», — подумала я, глядя на полыхающий взгляд Станислава Викторовича. Похоже он этим самым взглядом не просто убил сыночка, но еще и расчленил на запчасти. Видимо, придется вмешаться. Не хотелось быть причастной к жестоким действиям Станислава Викторовича. Да и потом, как к работнику к нему никак нареканий не было. И кстати, отчет из аналитического отдела был идеальным.

— Нет, — тихо произнесла, чтобы услышал меня только Никита и чуть сжала пальцы, чтобы он почувствовал.

— Что? — одними губами произнес Никита.

— Не увольняй, — точно так же совершенно беззвучно произнесла я.

— Ладно, — кивнул Никита и, повернувшись к Станиславу Викторовичу, сообщил: — Не уволены. Минус премия.

— Спасибо, — кивнул мужчина.

— Увести! — потребовал Никита у Николая Сергеевича, взглядом показывая на придурков. Потом посмотрел на остальных сотрудников и произнес: — До одиннадцати можете продолжить кофепитие. Потом возвращаемся на рабочие места. Если кто-то хочет пирожные домой, сообщите об этом и вам все упакуют и отложат.

— А мы так и не попили кофе, — вздохнула я, пытаясь сменить тему.

— Бери пирожные и пойдем в приемную, — предложил Никита. — Там спокойно выпьем кофе, прежде чем приступить к работе.

Пока возвращались в приемную, держал Нику за руку и постепенно успокаивался. Ничего не изменилось за долгие шесть лет. Ника все так же имела власть надо мной. Всего лишь одним легким движением успокоила меня. А ведь мог бы действительно уволить Станислава Викторовича, который черт знает сколько времени проработал на отца. Прекрасно помнил его еще до отъезда в филиал. Но что у него такой ублюдочный сынок, даже и представить не мог.