Книга Прощу твою жестокость, страница 57 – Анастасия Долгих

Ник, прищурившись, наклоняется к монитору.

— Соглашусь. После можно дать несколько кадров крупным планом, показав её глазищи.

— Точно! Посмотрит поклонникам прямо в душу, — еле сдерживаю смех. — Очень вписывается в её «эстетику» драмы ради драмы.

— Мысли, читаешь, Анют! Ещё есть кадр, где Ангелинка рукой ведёт, будто притягивая к себе. Можно эффект лёгкой дымки наложить… точно будет «сирена, манящая в пучину».

Я всё-таки не сдерживаюсь и начинаю хохотать в голос, хлопая ладонью по столу.

Улыбаясь, Ник щёлкает клавишами. Вырезает нужные фрагменты. Хмурится, подбирая переходы. Мне хочется чего-то резкого и ритмичного, чтобы совпадало с битом, ему — плавного и затемнённого, но не слишком.

— И что в итоге? — спрашиваю, снова заглядывая в экран.

— Да фиг его знает, — Ник с досадой машет на ноутбук. Выдыхает, печально подперев подбородок рукой. — Сирена, сирена… пожарная, блин! Ты только глянь, какая вульгарщина получается! По мифологии Сирены были мрачными существами, которые с помощью своего чарующего голоса губили моряков…

— Почему пожарная-то? — интересуюсь с тихим смешком.

— А что, нет? Эта пискля только на уши давить может, оповещая об опасности, — совсем мрачнеет мой гений.

Встаю со своего места и подхожу к Нику, чтобы обнять. Он поворачивает голову, утыкаясь в мой живот.

— Работа есть работа. Давай доделаем и будем отдыхать, — говорю, перебирая его волосы.

Ник бросает презрительный взгляд на экран. Там застыли финальные кадры: Ангелину в полупрозрачном белье поднимает на руках толпа мужчин. Девушка лежит, раскинув руки в стороны. Её талия соблазнительно изгибается под чьей-то ладонью.

— Хотелось бы чего-то со смыслом. Не конфетку для глаз, а клип с глубиной и смыслом, но это совсем не про неё. Клип-то мы смонтируем, но гаденькое послевкусие пластика после него останется. Спасибо за помощь, Ань. Сиреной вроде тебя я бы очаровался с удовольствием.

Ник нехотя отворачивается к ноутбуку. Мы тихо переговариваемся, добавляя последние штрихи.

Сидим так до самого вечера, создавая из хаотичного видения Ангелины что-то приличное.

Когда просматриваем получившийся результат, морщинка меж бровей Ника наконец-то разглаживается.

— Не идеально, но и на бред сумасшедшего уже не тянет, — тихо хмыкает он, сохраняя файл.

Аня

Период восстановления закончился, после него пила лекарства. Так и прошла «пара месяцев», о которых говорила гинеколог.

Сейчас пришла на плановый приём, чтобы узнать результаты анализов.

— Мои поздравления, Анна Сергеевна! Операция прошла отлично, период восстановления — тоже, и поддерживающую терапию вы перенесли хорошо. Теперь момент для зачатия ребёнка самый подходящий, — радостно сообщает она.

— Самый подходящий? — повторяю несмело, чувствуя, как к глазам подступают слёзы.

Женщина утвердительно кивает.

— Самый подходящий, — повторяет мягко, с тёплой улыбкой. — Анализы в норме, гормональный фон стабилизировался, а состояние репродуктивной системы позволяет планировать беременность без рисков.

Сжимаю в руках папку с результатами, чтобы унять дрожь.

Пара месяцев ожидания, тревоги, бессонных ночей… и вот наконец слышу эти слова. Как же хорошо, что всё не растянулось на десятилетие, как было у моих родителей…