Книга Ты – мой подарок, страница 84 – Ксения Фави

Арсений

Я не рассказал своей принцессе всех подробностей. Не говорил, через что мне пришлось пройти.

Но то утро и тот разговор навсегда въелись в мою память.

Я встал очень рано.

Отец — типичный жаворонок. Самое лучшее настроение у него бывает на рассвете, и я хочу поймать этот момент.

Машины у меня больше нет. Пытаюсь вызвать такси, но в час пик это почти невозможно.

Я еду в автобусе. Мимо проносятся знакомые улицы. Люди спешат по своим делам — толкаются, смотрят в телефоны.

Ловлю себя на том, что завидую им. Они просто живут своей жизнью.

Есть ли у них миллионы… Часть ли они чьей-то огромной империи…

Есть их маленькие радости и тихие вечера.

Да, у них тоже могут быть проблемы. Но сейчас мне кажется, что все они гораздо счастливее меня.

Я выхожу у офиса. Это огромное серое здание. Камень, стекло, современная облицовка — этот небоскреб знает весь город. На входе меня тормозит охрана.

— Вас приказано не пускать.

— Мне нужно поговорить с отцом.

Охранник смотрит на меня холодно:

— Антон Андреевич ещё не подъехал. Ждите на улице.

Стою у входа и чувствую себя бродячим псом. Сейчас отец приедет, и мне придется бросаться ему чуть ли не под ноги.

Но тут за спинами охранников раздается резкий голос:

— Что здесь происходит?

Это мой брат Андрей. Он не очень высокий, но крепкий. За последние годы заметно раздался в плечах. Он идет быстрой, пружинистой походкой.

Охранники невольно отступают — от Андрея буквально исходит волна гнева.

— Андрюх, тише, — прошу я. — У них приказ от отца.

— В смысле приказ? — брат замирает.

— Не пускать меня в здание.

Андрей в шоке. Он не знает всех деталей нашей ссоры.

Брат поворачивается к охраннику:

— Мы сейчас же проходим внутрь.

— Но Антон Андреевич велел... - начинает тот.

— А сейчас тебе приказывает Андрей Антонович, — перебивает брат. Голос у него как бетонная плита. — Ослушаешься? Посмотришь, какие будут последствия.

Я смотрю на него и удивляюсь. Наш Андрей всегда был творческим человеком, мягким и спокойным.

Но жизнь в этой среде закалила и его. Я впервые вижу у него такой жесткий взгляд. Охранник колеблется, но все же отступает и пропускает нас.

Мы идем к лифтам. Андрей тяжело дышит, он явно взбешен.

— Я ничего не понимаю, Арс, — бросает он мне по дороге. — Отец сказал всем, что ты ушел из компании сам. Якобы Строганов поставил тебе условие: хочешь быть с его дочерью — работай на него. А ты без головы влюбился и бросил семью ради этой девушки.

Я хмыкаю.

— Какая бурная фантазия у нашего папы. Ему бы сценарии писать или мемуары на пенсии.

Андрей криво усмехается в ответ.

Мы поднимаемся на нужный этаж. Секретарши уже засуетились — по внутренней связи передали, что отец тоже поднимается.

— Я пойду к нему сразу, — говорю брату. — Пока его ещё не успели разозлить.

— Увидимся позже? — спрашивает Андрей.

— Возможно, — я пожимаю плечами и направляюсь к приемной.

Пора.

В закоулке коридора я выжидаю несколько минут, чтобы отец успел дойти.

Затем стремительным шагом иду к его дверям.

Секретарши в приемной начинают протестовать. Они растеряны и не знают, как себя вести.

Даже не смотрю в их сторону. Если я сейчас спрошу разрешения войти, он точно скажет «нет».

Толкаю тяжелую дверь и вхожу без стука. Отец оборачивается. На его лице на мгновение проносится тень шока.