Книга Ты – мой подарок, страница 92 – Ксения Фави

— Звонила мать, — ошарашивает он меня с порога. — Просит, чтобы я срочно прилетел к ней. Есть серьезный разговор.

Отец хмурится, и я впервые за долгое время вижу в его глазах настоящий испуг.

И сам пугаюсь ещё сильнее.

— Что-то со здоровьем? Снова? — быстро спрашиваю я.

Внутри леденеет.

— Она не говорит, зачем зовет, — отец качает головой, нервно постукивая пальцами по столу. — Но я звонил ее врачу. Он сказал — все в порядке, анализы в норме. Никаких плохих новостей.

— Она не могла обратиться к другому врачу? Втайне?

— Не знаю, но вряд ли, — отец выглядит растерянным. — Она очень доверяет этому доктору. Он единственный там, за границей, к кому она ходит. Ее врач здесь, в России, тоже ничего не знает. Она ему не звонила.

Отец совершенно не понимает, что думать. И я, честно говоря, тоже.

Но он быстро берет себя в руки и переходит к делу.

— Я улетаю сегодня же вечером, — говорит решительно. — Ты остаешься здесь за меня. Нужно провести совет директоров. Только тебе я могу это доверить… Теперь ступай, работай.

— Хорошо, папа…

Медленно выхожу из кабинета. С одной стороны, внутри вспыхивает азарт: это тот самый шанс начать действовать! С другой — сердце не на месте из-за мамы.

Захожу в свой небольшой кабинет, шагаю к окну и набираю ее.

Давно не звонил — боялся, что по голосу она сразу почует неладное. Мы только переписывались.

Я даже не утерпел и рассказал ей про Агнию, правда, легкую версию: мол, познакомились в компании друзей.

Описал ее характер, скидывал фото. Мама тогда сразу поняла, что я по уши влюбился.

— Рада слышать, сынок, — ее голос в трубке звучит легко. — У тебя выдалась свободная минутка?

— Для тебя у меня всегда найдется время, мам. Ты же знаешь… Можешь звонить, когда захочешь.

— Не хочу злоупотреблять, — она тихо смеётся. — Всё-таки мои сыновья выросли. У всех свои дела.

— Мам, что случилось? — я решаю не ходить вокруг да около. — Почему так срочно вызываешь отца?

Мама вздыхает.

— Сынок, ничего такого, чем тебе нужно забивать голову. Это наши отношения — мужа и жены.

— Ну, всё-таки…. - я пытаюсь разрядить обстановку. — У тебя там что, другой мужчина появился?

Мама заливисто смеётся. Этот смех — лучшее лекарство для меня.

— Нет, конечно же, нет! Твой отец — это мой крест и мое самое главное счастье в жизни. Я его ни на кого не променяю. Но нам правда есть о чём поговорить.

В ее голосе вдруг проскальзывают стальные нотки. Наша мама — добрейший человек, но внутри у неё всегда был стержень.

Она редко его «включает», но если это происходит — держитесь все.

Меня так и подмывает спросить: не узнала ли она про нашу ссору с отцом? Но тут же одергиваю себя — это невозможно. Кто бы ей сказал?

Братья — точно нет. Агния? Она бы не стала делать это тайком, да и контактов маминых у неё нет.

Мама живет настолько уединенно, что до нее просто не дозвониться случайному человеку.

— Мам, ты можешь поклясться, что у тебя все хорошо? — серьезно спрашиваю я.

— Конечно, клянусь, сынок. А ты можешь поклясться в том же?

— Разумеется, — выпаливаю я. — Клянусь.

Мама усмехается, и мне кажется, в этой усмешке есть капля грусти.

— Ну, давай лучше о другом. Расскажи мне про свою девушку. Как вы? Отношения развиваются?

— Да, — невольно улыбаюсь, вспоминая Агнию. — Я ее больше никуда не отпущу.