Книга Ошибочный тест на отцовство, страница 69 – Ксения Фави

Какой–то серьезной любви до Элины в моей жизни не было. Но я пытался завязать постоянные отношения. Особенно когда потребность в физике шкалила, а бегать туда–сюда не хотелось. Но всегда более–менее долгое общение с девушками шло туго… Они упрекали, что я не хочу работать над отношениями! А я просто чувствовал – что–то не то…

Надеюсь, с малышкой Линой нам не придется слишком уж вкалывать. Найдем занятия приятней.

Я с неохотой выныриваю из нее, отпускаю с себя. Она еще смущается. Однако все равно выглядит очень довольной, чем тешит мое самолюбие. Чего уж скрывать? Вообще рядом с ней я понял, насколько много удовольствия доставляет отдавать. И дело даже не в том, что от Элины я много получаю взамен.

Одеваюсь, иду на улицу забрать пиццу. Я заранее открыл ворота и попросил курьера оставить коробку на столике у террасы. Да, я настолько захотел вломиться к Лине! Ждать уже больше не мог.

Но все нормально. На территорию не проникли посторонние, все же наш поселок довольно спокойный и охраняем. А после инцидента у Авериных охранников вообще взгрели по полной. Так что самое плохое, что случилось – наша пицца с сыром и помидорами немного остыла. Однако мы все равно на нее накидываемся.

Ложусь спать с Линой. Надо бы перетащить их завтра к себе, там просторнее. И поменять кровать. Этого хватит. Делать какой–то глобальный ремонт в доме, пока Лёва такой мелкий, не стоит.

Думаю об этом, запуская пальцы в мягкие волосы Лины. (Она сопит на моей груди). И понимаю, что свое будущее уже вижу только с ними. И реально побоку на тест.

Но тема экспертизы всплывает уже в ближайшие дни. Хотя бы потому, что я просил о ней Аверина. Друг разобрался в своих проблемах и готов вплотную взяться за мою. А именно – договориться за меня с очень крутым профессионалом. Тот возглавляет отдел в одной из засекреченных гос. лабораторий.

Говорит мне об этом Свят, пригласив на утренний кофе. Элина дома болтает по телефону с тетей Ниной. А я по старой привычке "приперся" к друзьям. Сижу у них на диване с чашечкой. Смотрю, как Аверинская четырехлетка вливает молоко в пупса. Ее отец рядом. Мама наверху пишет свои журналистские статьи.

— Ребята разберутся в ситуации, – обещает Святослав, – вы получите полные доказательства отцовства.

Морщусь.

— Я уже и без того в это верю.

Свят вздыхает.

— Мы тоже все уверены, что Лев твой. Но странность с тестами так и будет висеть в воздухе. Для вашего спокойствия мы во всем разберемся. А если… Кхм. Какой–то другой результат я могу не сообщать.

Мои челюсти с силой сжимаются.

— Нет другого результата!

Аверина, конечно, не напугать.

— Рад за вас. Но лучше во всем разобраться. Как там, кстати, родители? Помирились?

С родителями в последние несколько дней не созванивался.

— С матерью я не ссорился. А отец… С ним бесполезно.

— Вы чуть не подрались.

Выдыхаю.

— Да не стал бы я его бить! Но он должен понимать, что я никому не позволю трогать Элину и малыша. Они мои и точка.

— Может быть, тогда и не делать этот тест…

Вопрос экспертизы уже становится похож на чемодан без ручки.

— Дружище, я хочу в гости к Лёве! – раздается у меня под боком.

К подлокотнику дивана подошла Аля. Хлопает папашиными серыми глазенками.

— Иди хоть сегодня, только маму с собой возьми.

— Ура!