Книга Ошибочный тест на отцовство, страница 79 – Ксения Фави

— Если бы я знал, ни за что бы не обратился к этим балбесам! – на эмоциях говорит он.

— Дождись хотя бы того, что они скажут.

— Меня злит то, сколько тебе пришлось дергаться из–за них! Все могло быть по–другому…

Вот тут мне хочется протестовать.

— Я не хочу по–другому! Пойди все по правилам, мы могли бы общаться спокойно, отстраненно. Эмоции бы не возникли! А я не хочу, чтобы ты просто был добросовестным отцом Лёвы. Воскресным папой.

Мой голос становится грустным. Костя же вдруг смеется.

— Ну, этого ты не дождешься! – он обнимает крепче. – Но ты права, нужно выслушать позицию лаборатории.

И только Костя это проговаривает, звонит его телефон. Сразу понимаю, это тот самый первый медцентр. Козырев слушает, вскидывает брови. Морщит лоб, поджимает губы.

— Хорошо, я попрошу переслать вам новый результат. Да, я ценю вашу открытость к диалогу. Сначала попытаемся разобраться без суда. До связи.

Поговорив, любимый спускает меня с колен. Встает на ноги. Прохаживается по гостиной. Наконец, поворачивается и объясняет всё.

— С их стороны не было никакой ошибки! ДНК проведен, забор и сам материал были нормальными. Результат однозначный, без всяких аномалий!

Мне становится плохо. Неужели мы снова откатились назад. Хватаюсь за лоб. Костя моментально оказывается рядом.

— Эй? Не думай, что я снова сомневаюсь. Контора, где работает Александр, не ошибается в принципе. Иначе… В общем, они давно отвыкли косячить. Плюс, я целиком и полностью верю тебе. Вон там, – он указывает рукой вверх, – спит мой сын, и это даже не обсуждается. Но мне, черт возьми, хочется во всём разобраться!

Я киваю, сглатываю. Костя убедителен.

— Хорошо, что у вас нет никаких мутаций, – улыбаюсь.

Козырев смеется.

— Наш мелкий точно идеален. А у меня, возможно, ты с годами и найдешь какие–то отклонения. Но имей в виду, никуда тебе уже не деться! Не опущу.

Я тянусь к его губам.

— Не отпускай.

Костя целует меня и увлекает за собой.

— Идем к Лёвке.

Уже у кроватки я замечаю, в глазах нашего папы стало еще больше гордого блеска. Хотя куда бы больше… Но экспертиза все–таки была не лишней.

Да, мне ценно, что Костя полюбил малыша и без нее! Однако он имеет право знать точно.

— Кость, я не жалею, что всё произошло именно так. Потому что очень сильно тебя люблю.

— Я рад, что у меня хватило ума никуда тебя не отпустить.

Костя обнимает меня сзади, шепчет в ухо – люблю. Скользит теплыми ладонями под мою кофту. Гладит живот, выше… Я с хрипом выдыхаю и запрокидываю голову. Как мало нам нужно, чтобы улететь. Синхронно шагаем к двери и скрываемся в спальне, которую раньше занимали с малышом. Теперь она наоборот только для взрослых…

Костя

В самые близкие минуты с ней я полностью очищаюсь. Все, что было до и будет после, перестает иметь значение. Остается только нежная кожа под моими пальцами. Горячая влага, готовая меня принять. Обхватывающая с такой судорожной силой, что меня не хватает на долгий марафон. Да он и не нужен обоим. Лина дергается от наслаждения за несколько секунд до.

Мне как обычно не хочется быстро покидать нежное пристанище. Откатываюсь чуть на бок. Коленом еще впечатываю ее в кровать.

— Я люблю тебя, – говорю слова, которые еще месяц назад не произнес бы в сторону хоть кого–то.

Да, во мне живет сыновья любовь к родителям, я тепло отношусь к близким друзьям. Во мне все больше зреет отцовская любовь к Лёве. Но то, что испытываю к Лине – другое. Это полностью осознанные и сильные чувства. Не заметил, когда они успели заполнить меня до краев.