Книга Беременность на годовщину развода, страница 102 – Ксения Фави

— Я прямо отсюда поеду, поставлю свечки всем, кого только вспомню! — обещает мама. — Какой же идиот несся сзади тебя! Кошмар! Надеюсь, ему это с рук не сойдет.

Морщусь.

— Он поплатится, мама. И немаленькой суммой.

Маменька обдумывает мои слова, ей на смену приходит старшая сестра. Как обычно, Ира знает лучше всех, как было дело. Ее на месте аварии не наблюдалось, но это ведь такие мелочи.

— Семену тоже надо было тормозить вовремя, — заявляет она, — впереди был знак перехода! А там все время какие-то полоумные беременные, старухи.

— Что значит, старухи! — подскакивает мама.

В плечо меня, тем временем, толкает маленький пальчик.

— Дядя Семен, а если стукнуть по гипсу молотком, он расколется?

Вадик кивает на мою зафиксированную руку. Как можно догадаться, дети тоже здесь.

— Сынок, дяде нужно отдыхать! — прямо мне под ухо гаркает Валюша.

Сама она с интересом подключается в спор других дам о правилах поведения за рулем.

— У меня еще нет ни одной аварии, — заявляет она, — зато на всех форумах ругают женщин-водителей. А мы куда внимательнее мужиков!

Мама ахает.

— Не сглазь! — начинает ее крестить.

Мне хочется прикрыть глаза. Но я не делаю это, потому что слышу скрип двери. Сначала появляется медсестра, а за ней… София. Все вокруг сразу перестает существовать. Смотрю в мокрые карие глаза. Нижняя губа любимой мелко дрожит. Поворачиваюсь к родне.

— Народ, езжайте по домам. Все обошлось, и хватит про это.

Мама и сестры смотрят то на меня, то на Софию. Валя берет за руки детей, маменька ее сумку. Ира напоследок командует, чтобы ночь я обязательно провел в больнице. Благодарю всех за заботу, мы с Софой остаемся одни.

— Кононов…

Жена проходит к кровати, садится. Берет в ладошки мою здоровую руку, прижимает к щеке. Порывисто касается губами косточки большого пальца. Я качаю головой, хотя по телу махом проходит разряд. Лучшей анестезии не надо, я сразу забываю, что у меня болело. Приподнимаюсь и сажусь на кровати. Софа поправляет подушку за моей спиной.

— Врачи сначала позвонили в твою клинику, — рассказывает она, — персонал решил связаться с Ириной. Они побоялись меня волновать.

Киваю. Да, я вырубался на какое-то время. А когда пришел в сознание, первой мыслью было — моя девочка перепугается. Но к счастью, ей сообщили, уже когда все утряслось.

— Я была на канале… Там, где завтра будут съемки шоу. Увидела пропущенный от твоих, перезвонила. Прости, что не приехала раньше!

Я не сомневался в ней ни секунды, но выдохнул только, когда она появилась в дверях. Оказывается, не только я могу работать.

— Это ты прости, я зазевался.

Софа вдруг хмурится, замирает. В следующую минуту вижу, она скидывает ботинки. Ее шубка давно на стуле, сама любимая ложится ко мне на кровать. Устраивается на груди, обнимаю ее здоровой рукой. Моя малышка.

— Я очень люблю тебя, Кононов! Господи… Нет, не хочу даже говорить ни о чем плохом.

Глажу ее по волосам.

— И я люблю тебя. Вас… — ловлю ее взгляд, улыбаемся. — Все будет хорошо.

Софа прижимается крепче.

— В последние дни я столько всего передумала, — признается она, — обо мне, тебе, моей карьере… Мне не хотелось превратиться в клушу, ставить на себе крест. Я сдерживалась, чтобы не просить тебя приезжать раньше. У меня так и не получилось выработать единый план. Но сегодняшний день, Семен… Он все перечеркнул.