Книга Беременность на годовщину развода, страница 38 – Ксения Фави

Уже через час я сижу на модной кухне из темного грубого дерева. Марьяна хлопочет у рабочей зоны, заваривает чай из алтайских трав.

— Ну и дурында ты, София, — вздыхает она, — да любая баба была бы счастлива, если б мужик бежал решать ее проблемы.

Ох, и эта туда же. Стараюсь не психовать.

— Я не баба, Марьян.

— Не придирайся к словам! Кононов — человек старой прошивки. Знаешь, смотрю я на Димасика и на него… Может быть, вам снова сойтись? И ведь ребенок…

Марьяна знает про беременность. Но сообщила я ей больше по факту, дала понять — обсуждать тут нечего. Первый раз мы говорим откровенно.

— Ребенком Кононов будет заниматься вне зависимости, сплю я с ним или нет, и живем ли мы вместе.

Марьяна качает головой, садится по правую руку от меня.

— Но ты ведь этого хочешь? Спать с Семеном? — от такого вопроса я чуть ли не давлюсь. — Смотри, как бы не завелась какая-нибудь… Заморочит мужику голову, он отдалится от вас с малышом.

Мне становится холодно, охватываю пузатую кружку ладонями.

— Семен ответственный, — я, правда, верю в свои слова, — он очень ждет этого ребенка. Даже слишком включил режим наседки. И ведь непробиваемый! За продуктами мотается, начальника теперь решил баней подмазать…

Подруга фыркает.

— Да он любит тебя!

Хорошо, я успеваю поставить кружку, и горячая жидкость лишь немного капает на пальцы.

— Марья!

Хозяйка модной двушки машет рукой.

— Ладно-ладно, только Кононов знает, что у него в голове. Но по факту обижаться тебе не за что. По крайней мере, уж сильно.

Уф!

— Ты представляешь, какие слухи могут пойти на канале? Кто воспримет меня всерьез?

Мой голос дрожит. Я всю дорогу боролась с самой собой. В ушах стояли фразы Семена — я не оставлю тебя один на один с проблемами, не позволю портить тебе жизнь. Внутри так и сжималось, я же не каменная. Но то, что он действует именно так, даже не посоветовавшись! От этого факта снова бурлит злость и обида.

Подружка вздыхает.

— Дубовский и правда мерзкий человечишка. У нас многие собрались увольняться. Соф, я очень тебя люблю и всегда на твоей стороне! Но и врать не привыкла, так что скажу прямо. Мне спокойней от позиции твоего бывшего мужа.

Я уже ничего не говорю, глотаю чай. Телефон пиликает, написал Семен. «Добралась нормально?». Отвечаю тут же — нормально. У меня нет привычки играть в молчанку, тем более сейчас. Да и зная Кононова… Он через час будет под дверью моей квартиры или устроит план-перехват на дороге. С его-то знакомствами. М-да, непростой у нас папочка.

— Марь, я поеду. Спасибо, что выслушала.

В прихожей подруга меня обнимает.

— Не обижайся, Кононова. В любом случае я на твоей стороне.

Устало улыбаюсь.

— Знаю, спасибо. Прости, что нагрузила.

— Не говори чушь.

Прощаемся, выхожу к такси. В машине стараюсь ни о чем не думать, но играет сопливая песня, и в уголки глаз снова набегают слезы. Злюсь на Семена, но в голову так и лезут хорошие моменты с ним. Как он дарил мне цветы в дни важных экзаменов. На редких моих корпоративах, где бывал, представлялся — муж ведущей Кононовой, а уже потом называл имя своей клиники. Последние годы внимание сошло на нет, но память не сотрешь. Худо-бедно доезжаю домой.

Ужинаю и решаю раньше лечь спать — утро вечера мудренее. Рядом на диване верный друг Гарри. Телефон снова сигналит, но это Рыбников. Ему можно ответить позже, так что я почти сразу засыпаю.