Книга Опасная связь, страница 108 – Рацлава Зарецкая

Выстрелить первый раз в человека оказалось не так уж и сложно, как рассказывал Ксен. Наверное, это произошло потому что Венера ненавидела своего отца, который причинил так много боли матери и из-за которого сама Венера осталась без родных. Когда он кричал на маму, она не выдержала, вышла из тени и хладнокровно выстрелила прямо ему в лицо. Один раз, второй, третий.

Отец уже был мертв, а Венера все еще стреляла в него, чувствуя, как ее боль сливается с пулей и постепенно уходит, переселяется в безжизненное и окровавленное тело отца.

Отца, который не был ей отцом, но которого Венера считала родней. До сих пор.

Когда на смену ослепляющего гнева пришло понимание, что она сотворила, Венера ужаснулась. Не вида мертвого отца, а того, что ей за это будет.

Однако сообразительная мать договорилась с Ксеном, который за дополнительную плату взял смерть Дмитрия Ригера на себя. Мол, это был заказ Паука. Так Венера вышла сухо из воды, и чувство торжества затопило ее сознание. Захотелось попробовать еще, вдруг снова получится избежать наказания.

Наверное, Игнат ощущает нечто похожее, когда убивает рыжих девушек. Эйфория от того, что ты не только можешь играть с жизнями, но еще и избежать наказание за содеянное. Венеру это чувство пьянило, но еще больше ее опьяняло осознание того, что скоро она станет такой же, как Ксен. Если, конечно же, будет тренироваться, чтобы заслужить доверие и оружие.

И Венера тренировалась. Доставляла агентам «Пантеона» задания и, если была возможность, приезжала к цели первой и устраняла ее. Быстро, хладнокровно. Как ей казалось, профессионально. Однако оказалось, что ее метод — никуда не годится. Превращать лицо цели в месиво было нельзя — хрен потом докажешь, что устранил нужного человека.

Венера прекрасно видела, что доставляет «Пантеону» неприятности преждевременным и таким непрофессиональным уничтожением целей, но остановиться не могла. Во-первых, потому что ей надо было практиковаться, а во-вторых, потому что ей нравилось наблюдать за тем, как опасная тайная организация не может никак понять, кто опережает ее сотрудников.

То, что Венера водила за нос «Пантеон», тоже опьяняло. Причем получше любых наркотиков.

Когда говорят, что человек избавился от зависимости — это вранье. Полностью избавиться от зависимости невозможно. Можно лишь заменить одну на другую, как это вышло у Венеры. Избавившись от наркотической зависимости, Венера приобрела множество других мелких зависимостей. Желание стать полезной, ощущение заботы, любви, власти, — все это тоже зависимости, которые разрушают не тело, а душу.

Если раньше, когда Венера сидела на наркоте, у нее было нездоровое тело, то теперь, наоборот, нездоровой была душа. Она жаждала новых эмоциональных доз, и устоять было крайне сложно. Бороться с зависимостью Венера считала бесполезной тратой времени, слишком уж она въелась в нее, переплелась с невидимыми нитями души. Поселилась рядом с сердцем, в котором жило еще одно сильное чувство — любовь к матери.

Сжав теплыми пальцами холодную рукоять пистолета, Венера сунула его в карман куртки и завела машину. То, что она задумала — было безумством. Но разве не вся ее жизнь — сплошное безумство?

В «Пантеон» Венера попала без преград. Охрана радушно приветствовала ее, и на миг Венера ощутила, что вернулась домой. Однако эту мысль пришлось отогнать. Ее дом там, где мама. Здесь же ей не рады. Здесь ей не доверяют. Здесь не считают ее своей.