Книга Дневник невестки: замужем за мамсиком, страница 12 – Аиша Идрисова

— Здесь надо другой режим, свирель, к примеру, — ошарашено сказал Ромка, нажимая на кнопки, — А я и не знал, что Вы умеете играть!

— Когда-то по настоянию родителей я закончила музыкальную школу, — улыбнулась я, пробуя сыграть в новом режиме, — Знаешь, я думаю, что ничто на свете не происходит зря. Любое знание в жизни может пригодиться. Да и аттестат зрелости совсем в жизни не помешает.

Ромка тяжело вздохнул и плюхнулся в кресло.

— Я знаю, — в отчаянии сказал он, — Я не хочу бросать школу, это лишь знак протеста против произвола родителей. Я просто хочу, чтобы они меня услышали!

Наталья Дмитриевна — мама Ромы, выслушала меня, скептически качая головой.

— Я знаю, как ему будет лучше! — с пафосом воскликнула она, — Он же потом мне сам спасибо скажет! Стоматологи отлично зарабатывают — поглядите, — она сделала жест рукой — мы можем позволить себе прекрасный дом, отдых четыре раза в год за границей, хорошую сытую жизнь. Разве не об этом мечтает каждый?!

— Не уверена, — проговорила я с болью в сердце — мне вспомнилась моя мама, которая настаивала на получении мною диплома педагога, утверждая, что без работы я точно не останусь. — Знаете, если работа приносит вместо удовольствия только страдания и осознание собственной никчемности — к чему такая скучная работа?

— По-Вашему, все, имеющие «скучную работу», сплошь несчастны и терпят ее лишь ради зарплаты? — она удивленно подняла брови.

— Нет, — сказала я уверенно, — Я лишь хочу сказать, что лучше быть первоклассным музыкантом, чем посредственным стоматологом. До свидания.

19:00

Почти уверена, что мама Ромы разочарована мною, как педагогом. Что поделаешь, если я и сама разочарована собой в профессиональном плане. Наталья Дмитриевна наверняка надеялась, что я сумею уговорить Рому стать стоматологом и остаться в школе до одиннадцатого класса. А я неожиданно заняла его позицию. Просто увидела в этих отчаянных карих глазах свое отражение двадцатилетней давности. Если бы у меня хватило сил и решимости настоять тогда на своем — возможно, жизнь моя сложилась бы по-другому.

А может быть, и нет…

В горьких раздумьях я вышла на улицу и огляделась. Так и думала — Эдика и след простыл. Небось, уже дома чай пьет с плюшками. Тем лучше, немного пройтись и подышать осенью мне не помешает.

20:00

— Где шаталась? — встретила меня «ласково» на пороге свекровь, — Предупреждаю: твой муж очень недоволен такими поздними возвращениями домой.

— Была у ученика, — со вздохом сказала я, чувствуя, что она буравит меня взглядом, — Он не ходил в школу, и мне как классному руководителю вменяется в обязанность разобраться в причинах. Эдик в курсе.

— Эдик, к твоем сведению, вернулся час назад! — с горящими глазами поведала она мне, — А я бы на твоем месте была начеку — узнают на работе, что обделен женским вниманием, и уведут! Такого красавца грех не увести! — горделиво закончила она, и, отпихнув толстой ногой кота, отправилась в комнату.

Эдик был в спальне. Он оглядел меня холодным взглядом и на вопрос «Как дела» ответил ледяным молчанием.

Ну и ладно. Не больно-то и хотелось разговаривать. Пойду тесто поставлю. И поговорю с котом — в последнее время у меня складывается впечатление, что он единственный в этом доме слушает меня и понимает.