Книга Дневник невестки: замужем за мамсиком, страница 28 – Аиша Идрисова

18:00

Трясусь в рейсовом автобусе. Поехала к родителям. Пожалуй, это сейчас единственные люди, увидеть которых мне хочется сильнее, чем умереть.

Начну Новый год как в старые добрые времена — в родительском доме на узенькой девичьей кровати. Здравствуй, грусть!

31.12.2014. Все еще среда.

20:00

Еле добралась на рейсовом автобусе до родителей. Автобус был пустым, если не считать благостной бабульки, мирной спящей на заднем сиденье, и влюбленной парочки, которая явно ехала за город отмечать праздник: из пакета торчала тонкая шейка советского шампанского, просвечивали оранжевым бочком спелые мандарины, а у девушки в руках был букет из еловых веточек, одурительно пахнувший хвоей на весь салон.

Парочка поминутно целовалась, не в силах оторвать друг от друга нежных взглядов. Мне стало противно, и я отвернулась к окну, поймав себя на раздражении. А в чем они, собственно, виноваты? В том, что посмели быть влюбленными и счастливыми в тот момент, когда моя собственная жизнь напоминает руины?

От остановки до дома пришлось идти пешком около двух километров. Не хотелось дергать папу из уютного праздничного стола, заставлять ехать за мной. К тому же, очень хотелось развеяться и подышать свежим морозным воздухом.

На деревенской улочке не было ни души. Тускло мерцал одинокий фонарь, с его свете кружили роем мух огромные снежинки. Окно родительского дома приветливо светилось.

Я дома!

Если родители и остолбенели при виде меня на пороге, то ничем не выдали своего удивления. Хотя и читался в их глазах немой вопрос: «А где Эдик?», задать его они так и не решились. Может, отложили на потом?

22:00

Первым делом меня накормили домашними пельменями со сметаной и зеленым укропом. Стол, как всегда, ломился от изобилия: яблочные пирожки, салаты, закуски с грибами и кабачками, запеченная в духовке рыба, домашний медовый торт с тонкими, промазанными сгущенкой коржами… Ммм, какая вкуснятина.

Разомлевшую от вкусной еды и заботы, меня отправили в баню. Около часа я сидела в парной, тупо уставившись в стену, пытаясь понять, кто я, чего хочу, куда иду, что происходит с моей жизнью. Задавала себе извечные русские вопросы: «Кто виноват» и «Что делать?» И не находила ответа.

Потом, стряхнув оцепенение и сказав себе успокаивающую фразу Скарлетт «Я подумаю об этом завтра», я наконец обратила внимание на себя. Брызнула на каменья пихтовым маслом, натерлась домашним скрабом с медом и солью, сделала кофейную маску для волос.

И… начала париться. Никогда в жизни не делала этого, но ведь все бывает в первый раз, правда?

Я парилась, и чувствовала как вместе с капельками пота наружу проступает вся моя душа, все мои обиды, все слезы — все проступило наружу через поры. Да, настоящие слезы тоже пришли.

Я рыдала, сидя в предбаннике, проклиная свой выбор, своего мужа, себя, свою жизнь. Мне казалось, что светлых дней в моей жизни больше не будет. Никогда.

После этого мне было уже все равно. Я распахнула дверь и…

И кинулась в ближайший сугроб.

Холод отрезвил меня. Пробрал до костей, мгновенно освежив и отрезвив мою голову, привел в порядок мысли.

Я вернулась в баню и спокойно оделась. Посмотрела в зеркало и громко сказала сама себе: