Книга Александр: линии судьбы, страница 2 – Кристина Ният

Оказавшись дома, я чувствую себя гостем. После перелёта сильно кружится голова, но я терпеливо отвечаю на все вопросы матери и даже позволяю ей разобрать мою сумку. Кирилл разложил на столе разнообразную съедобную хрень, которую я обещал привезти, и оценивал ее по пятибалльной шкале. По моему мнению, всё заслуживало низкой оценки, однако он не стремился никого задеть и выражал положительное мнение о товарах. Отец был менее разговорчив, но часто задерживал на мне задумчивый взгляд. Закурив, он вышел на балкон, и я, уловив момент, выскользнул следом за ним, прижимаясь спиной к декоративной балке. Я тоже курю, но не при нем. Убрав руки в карманы джинсов, я смотрю на небо, по которому медленно плывут кучерявые облака. Находиться в компании отца приятно. Он никогда не лезет с лишними вопросами, и это притягивает людей. Я хотел бы быть похожим на него не только внешне, но по характеру мы разные.

— Как на работе? — я нарушаю молчание, и он переводит на меня взгляд, выпуская изо рта дым.

— Как обычно, все потихоньку.

Улыбаюсь. Оставив военную карьеру, отец с нуля создал империю, и теперь его сеть автомоек раскинулась по крупным городам страны. Он зарабатывал значительные суммы, и я тоже участвовал в бизнесе, но уже в Китае, занимаясь оформлением закупок для поставок в Россию.

— Мама будто похудела. У нее все хорошо?

— Да. Начала бегать от скуки.

— Я этого не знал, — опустив взгляд на кроссовки, я облизнул губы, испытывая вину.

Я редко им звонил, хотя и заставлял себя писать маме почти каждый день. Правда, переписки никогда не заменят живого общения. Да и часовые пояса вносили коррективы. Родители не упрекали, но я знал: им бы хотелось проводить со мной больше времени.

— Надеюсь, останешься у нас?

— Сегодня да, завтра уеду на квартиру.

— Как хочешь.

Выбросив окурок, отец вернулся в дом. Полагаю, он хотел бы, чтобы я дольше погостил, но я не жил с ними под одной крышей уже много лет. У меня вполне адекватные родители, однако с возрастом я словно ослабил с ними связь. Наверное, это вполне нормально. Я всегда стремился к самостоятельности и к свободе. Отец принимал мой характер лучше, а вот мать часто противилась. Сообщить ей о моем намерении остаться в Китае будет самым сложным, но я чувствовал, что в Москве мне будет тесно.

Поздно ночью я проснулся только с третьей попытки. Приняв душ, я наспех побрился и, надев белую футболку и легкие синие джинсы, вышел в коридор. В доме стояла дикая тишина. Непривычно. В Китае, даже с закрытыми окнами, невозможно достичь такой тишины. Не хотел никого будить, но мать все равно застала меня в тот самый момент, когда я завязывал шнурки. Зевнув, она убрала с лица длинную челку.

— Ты время видел?

— Видел. Именно в это время следует отправиться на прогулку.

— Саш, тебе лучше отдохнуть.

— Мам, не начинай, — я щелкнул языком, раздражаясь. — Я сам знаю, что мне нужно.

— Пожалуйста, будь осторожен.

— Я всегда осторожен.

Открыв ящик, я достал ключи от своей машины. По ней я соскучился больше всего. Мать нахмурилась, плотнее запахивая полы своего шелкового халата. Одна из главных причин, почему я так рано свалил из дома, — ее гиперопека. Именно ко мне она проявляла какую-то нездоровую материнскую ответственность, чем страшно меня бесила.