Книга Александр: линии судьбы, страница 98 – Кристина Ният

— Пусть придёт в себя, потом всё решим, — заключает Чайкин. — Сонь, большое спасибо твоей маме.

Она кивает, а я не могу понять, при чём здесь её мать. Спросить не решаюсь и сажусь в кресло. Соня собирается уходить и обнимает Сашу.

— Всё должно быть нормально, но, пожалуйста, не делай так больше.

Он кивает. Чайкин хлопает Сашу по плечу, а Вова поправляет рубашку. Я вижу, что они все близки, и дивлюсь такой дружбе. Почему они продолжают его успокаивать, если именно он создал весь этот хаос?!

— Лен, ложись спать, я должен поговорить с Кириллом, — говорит Ветров и тоже уходит вслед за остальными.

Я не понимаю, как за короткое время моя жизнь превратилась в такой водоворот идиотских событий. Новые обстоятельства открыли Ветрова с другой стороны. Он оказался опасным парнем. Чёрт, нужно ли мне такое в жизни? Дверь распахнулась, и я уставилась на Ветрова.

— Уже поздно, ложись.

Его голос звучал устало.

— Саш... по-твоему, это нормально?

— Нет.

— У тебя будут проблемы?

— Нет.

Я киваю, хотя не верю его словам. Он серьёзно покалечил человека. Ветров выглядит так, будто всё ещё готов с кем-нибудь сцепиться.

— Я не знаю, что мне делать...

— Ничего не делать. Все живы.

— Полиция...

— Все решено, у Сони мама — прокурор. Проблем не будет.

Его слова звучат так обыденно и невозмутимо, что кровь стынет в жилах. Мне противно. Его все поддерживают, и я понимаю, что это не впервые, потому что друзья вели себя совершенно спокойно. Я больше не хочу с ним находиться в одной комнате. Нужно бежать...

Александр

Я не планировал заканчивать вечер так паршиво. Всё складывалось весьма приятно и весело. Я играл в волейбол с друзьями, когда вдруг заметил девушку с рыжими волосами. Она была в черном бикини, которое просвечивало через легкий розовый платок. Я был поражён великолепной фигурой. Внезапно меня охватило осознание, что это моя Лена. Я прихуел, замечая рядом с ней хахаля, который похотливо на нее глазел, и что-то говорил. В тот момент у меня чуть вены не взорвались от ревности. Я полностью утратил контроль, и всё, на что я мог обратить внимание, были мужские взгляды, устремлённые на неё. Я был уверен, что все они думают о том, как занимаются сексом с моей девушкой. Приблизившись, я услышал, как существо в синих шортах ухаживает за ней, и это вывело меня из себя... Сука! Я даже не хочу все это снова прокручивать в своей голове. Следует забыть об этом и приобрести Лене паранджу для пляжа. Она больше никогда не наденет этот ебанный купальник.

Я возвращаюсь в реальность. Лена расположилась в кресле, скрестив руки на груди. Я не могу прочитать ее эмоции, но меня бесит, как она на меня смотрит.

— Значит, мама Сони — прокурор, и тебя от всего отмажут?

Ее тон царапает слух. Рыжая расправляет плечи. Я все еще рассержен.

— Это тебя не касается.

Я не хочу ее обижать. Я чувствую, что нужно притормозить, но меня злит осуждение в ее глазах. Какого черта она не на моей стороне? Я ведь заступился за нее, и если бы не идиотская выходка с купальником, этого бы не случилось!

— Часто такое случается?

— Какое такое?

— Жестокое и неконтролируемое. Я полагаю, часто, судя по реакции твоих приятелей.

Закрой рот. Ничего не говори. Не переступай черту. Заткнись, Лена! Дыхание сбивается. Рыжая продолжает: