Книга Ну, какая я - бабуся! Если я ещё..., страница 12 – Мара Евгеника

— Эм, постой здесь. Я сейчас вернусь, забыл рюкзак.

Киваю головой. Но…

Лишь только он уходит, как моя адекватность вместе со здравым смыслом начинает зудеть, что мне это все не нужно от слова совсем.

Ну, вы меня понимаете… Я имею ввиду прогулку с совершенно незнакомым мне человеком. Но…

Другая, долго спавшая внутри меня сторона моей личности, о которой я уже давно и забыла, тут же в противовес голосит: “Эмка, да ну её нафиг эту адекватность! И Борьку вместе с ней! Сколько той жизни еще осталось? Вот вернешься сейчас в номер и снова заквакаешь от тоски с Хохриным. Вернее, заунывно квакать будет он, а ты станешь давить внутри себя закипающее раздражение. Ну, и? Зачем тебе этот бесконечный негатив? Хотя бы сегодня пожалей себя и свою нервную систему… Дай, ей отдохнуть от токсичности и яда Борьки. Когда ты последний раз вечером гуляла? Не помнишь?! А с таким мужиком как это Илья? Никогда!!! Так вот и погуляй и подыши… В свое болото ты всегда успеешь вернуться… Тем более, что Борьке явно не до тебя. Он сейчас поди со своей молодой пассией на ватсапу общается…”

От последней мысли меня снова дергает, будто от разряда тока. И это несмотря на то, что я давно в курсе адюльтера мужа.

Удивлены, тем что мой муж мне изменяет?! Понимаю вас!

Я тоже была очень удивлена этому факту.

Как давно Бориска мне изменяет?

Точно сказать не могу, но впервые об измене Хохрина я узнала сразу после рождения младшего сына.

К сожалению, жизнь гарнизонная очень тесная. Особенно в маленьком гарнизоне, можно сказать, все спят под одним одеялом. Потому как каждая семья, как на ладони.

Всё и всех обсуждают. Я бы даже сказала, обсмакивают до белых косточек.

На язык попадают даже те, кто ведёт вполне себе приличный образ жизни.

Купила жена начальника части шубу: повезло, муж хорошо замалил грехи, потому как пометил “радистку Кэт” с узла связи.

На погонах соседа появилась новая звездочка, которую он не мог получить лет пять: довилялась все же его рыжая бестия задом перед командиром.

Майор Сидоров с бланшем пошел: это они опять с супругой по пьяни разодрались.

Жена Иванова снова с пузом: и когда только успевают, он же из автономок не вылезает, - хотя может и не его дети, а от лейтенанта, что ей паёк приносит.

Исподнее нашей семьи тоже полоскали, но больше всего, когда Борька гульнул с поварихой из офицерской столовой.

О любовнице мужа я услышала случайно в магазине, пока стояла в очереди за молоком.

Вечером, когда Борис был на дежурстве, в сердцах рассказала об этом за чашкой чая своей соседке по коммуналке.

На что взрослая и умудренная опытом женщина дала мне простой совет: “Плюнь и разотри. Таких Дусь-ебусь у мужика может быть много, а жена одна. Хер его не сотрется. Ты же не о нем думай, а о себе и детях. Тебе парней растить надо. Ну, разведешься. И что? На алименты будешь мальчишек поднимать?”

Так я закрыла глаза первый раз. Даже Хохрину сразу не сказала.

Вывалила эту правду только недавно, когда у Борьки появилась Лиза - его секретарша. Спалился Хохрин банально на переписке в ватсапе, сообщение из которой я увидела, когда Борька принимал ванну.

От воспоминаний об этом, чувствую, как во рту снова собирается горечь. Мне очень хочется ее запить. Прошу у мимо проходящего официанта воды. Парень отрицательно качает головой, но предлагает бокал шампанского.