Книга Ты моё спасение души, страница 126 – Мара Евгеника

— Никита, ну о чем ты? Я же теперь регулярно прохожу обследование. У меня все отлично со здоровьем. Я справлюсь, милый! Может мне придётся тяжеловато, зато у нас будет двое ребятишек. Наша радость в старости, - говорит жена, утыкается своим зареванным лицом в мою грудь, обнимает меня руками, гладит спину пальчиками.

Поднимаю её лицо к своему. Пристально вглядываюсь в мои любимые глаза. Дышу губы в губы.

— Я старость хочу не с детьми своими прожить и не с их семьями, а с тобой, жена любимая моя! С тобой и только с тобой, Слава! - на этих словах опускаюсь на колени, обнимаю ноги своей женщины, запрокинув голову, смотрю на нее и как мантру повторяю. - Слава, моя жизнь без тебя невозможна! Я без тебя не смогу ни дня! Ты нужна мне, Славка, как кислород! Без тебя я загнусь! Без тебя моя душа станет мёртвой! Ты и только ты - спасение моей души!

— Славуль, в понедельник мне придётся на неделю улететь в командировку, - во время нашего позднего чаепития сообщает мне муж.

Внимательно смотрю на Никиту. Он отчего-то сидит молча, задумчиво насупив брови.

Создавшаяся пауза меня настораживает. Во рту скапливается кислота. Отставляю чашку с чаем.

— Не смотри на меня так, будто ждёшь взрыва бомбы. Не пугай пупсярину. Чего-то тихо у нас в домике, - спокойно продолжает Ник, целуя меня в висок и прикладывая руку к животу. - Спит что-ли? Странно. Майя же ещё сказку на ночь не читала пупсу нашему. Славик, давай все же пол ребенка узнаем, а то как-то неприлично к человеку обращаться в третьем лице.

— Зубы мне не заговаривай, Никитушка. Ты же что-то сказать хотел, да? Продолжай, Никит…

— Ах, да. Слав, меня не будет приблизительно неделю. На это время ты ляжешь в клинику, где пройдёшь обследование и получишь курс процедур для беременных.

— Милый, ну хватит уже истерить? Я беременна, а не больна. И только месяц назад находилась неделю в клинике. Что за это время могло измениться, Никит? Мне дома с Майечкой хорошо. Если у тебя есть сомнения и переживания, давай Юлю позовём с мальчиками. Пусть у нас в твое отсутствие поживут. Юлек все же с медицинским образованием. Я даже на круглосуточную сиделку согласна, - произношу мягко просительно, даже лицо старательно корчу, как у нашего Дьяболо Гатто, когда он еду выпрашивает.

— Выглядишь, конечно, забавно, Славуль! Но честно, актерка из тебя так себе. Оскар точно не получишь, - отвечает сначала хихикая, а потом громко смеясь, муж. Успокоившись Никита продолжает говорить тихо, но безапелляционно. - Нет, Слав! Даже не обсуждается. В мое отсутствие ты будешь находиться только в клинике под присмотром медиков.

— Н-никита, это п-паранойя. П-понимаешь или н-нет? Т-твой с-страх и н-нерв с-становится б-болезненно н-навязчивым, - немного заикаясь, начинаю пыхтеть, насупив брови и сдерживая подступившие слезы.

— Давай, Славик, без нервов, обид и слез обойдёмся. Не надо пытаться меня продавить. Тебе же хорошо известно, будет так, как я решил. И напоминаю, при обсуждении вопроса, тогда в сентябре, ты была согласна со всем и на все, - напоминает муж наш разговор, когда мы с ним вели трудные переговоры о сохранении беременности.

"Да, уж, а что мне было делать, если твоя категоричность, Никита, была такой железной. Твое жёсткое "нет" меня добивало. Умаслить нежностью, перешибить упрямство аргументами, задобрить слезами у меня не получалось. Только и оставалось, что согласиться на все", - вспоминая события тех дней, холодею внутри.