Книга Двойное счастье генерала Сокола, страница 31 – Мара Евгеника

Сравнивая вчерашнее и сегодняшнее выражение мордашки своей любимки, вытирая слезы, со вздохом думаю: надо было купить ей все, что она хотела.

Так в своих мыслях, сидя на полу около дочери, я и дожидаюсь врача.

Ближайшие три дня мы лечимся по протоколу.

Мне приходится ставить Виктории уколы, которые она стоически терпит, хотя и ужасно боится.

Периодически Вике днем становится лучше. Малышка даже начинает есть. Но…

Каждый раз ближе к вечеру её накрывает температурный шторм.

Только на пятый день дочку немного отпускает.

Я радуюсь этому, потому что моя награда оживает.

Вечером мы с ней долго смотрим мультики.

Во время просмотра Вика вспоминает про дядю Сокола и его подарки.

Начинает открывать коробки. С удовольствием плетет свой первый разноцветный браслетик по схеме, которая прилагается к набору.

Спать мы ложимся в отличном настроении.

Утром происходит то, что становится для меня громом среди ясного неба.

Проснувшись, понимаю случилось то, чего я ожидала меньше всего.

Не могу ни глотать, ни встать, потому что у меня разнесло горло и рот и очень высокая температура. Понимая, что мне нужно накормить Вику, еле-еле стаскиваю свое ватное тело с дивана.

Делаю себе укол антибиотика. Пью те же таблетки, что и Викуша.

Заглядываю в холодильник, чтобы понимать насколько дней нам с дочерью хватит продуктов и иду обратно на диван.

Если первый день мне просто плохо, то на второй и третий впору вызывать скорую, потому что я уже не в состоянии даже просто встать.

Вика носит мне воду, делает холодные компрессы на голову и тихо плачет.

Пытаюсь связаться с подругой Машкой. Но…

Её снова не оказывается в городе, потому что она уезжала со своим мужчиной в Красную поляну.

В момент моего полного отчаяния, которое на меня накатывает лишь только мне чуть-чуть становится легче, думаю о том, что надо бы в госпиталь позвонить и попросить помощи. Но…

У меня настолько сильно воспалено горло и отек рот, что я элементарно не могу разговаривать.

На пике температуры, вдруг слышу голоса в квартире и рев Викуши.

Хочу, сказать дочери, что все хорошо, но ни пошевелиться, ни рта открыть у меня не получается. Сквозь марево обморока чувствую, что я куда-то плыву…

В мозгу лишь одна мысль: “ Господи, сделай так, чтобы Сокол нашел свою дочь!”

Андрей

Шесть лет спустя после метели

Почти неделю был командировке. Все дни думал о СВОИХ девчонках.

О Викуше с нежностью, радостью и удовольствием.

О строптивице Светлане почти так же, но только с флером порочности. Гоню от себя эти мысли, но ничего не могу поделать.

Они все равно лезут в мою голову. Хочу ее так, что ширинка брюк палаткой стоит.

До сих пор помню нежность ее кожи и трепет тела в моих руках.

Ужасно хочется её снова затискать, заласкать, зацеловать. А главное, почувствовать узость и шелковистость ее бутона.

С военного аэродрома, куда прилетаю вместе с вернувшейся с задания группой, еду сразу в госпиталь.

По дороге для Светы покупаю букет нежных розовых роз. Но…

Столица традиционно не радует плотным трафиком и пробками. Пока добираюсь, рабочий уже заканчивается.

Чертыхаясь, оставляю у администратора букет вместе со своей визиткой и надписью: “Позвони мне. Андрей”.

Прошу передать утром кардиологу Зуевой Светлане Викторовне.

Медсестра-администратор все записывает и кивает головой.